У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Вверх страницы
Вниз страницы

Аэндор: истоки прошлого

Объявление

Оловянное-Бронзовое Звено
(01.02.1292-01.04.1292)
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аэндор: истоки прошлого » Глава #1: истоки прошлого » [04.03.1292] Косой из бочки палил, немого сдуру добил.


[04.03.1292] Косой из бочки палил, немого сдуру добил.

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Место и время: Лотар - Рыбья улочка - убежище Алена.
Участники: Ален, Эвелин Вуд.
Описание: Уже довольно продолжительное время находясь в бегах и понимая, что долго она не протянет, девушка решает вернуться к своему прошлому ремеслу — хотя бы на время. Однако выбор её пал на человека, которого даже самый опытный вор решился обокрасть лишь в последнюю очередь.. Помимо этого, Элли по-прежнему преследуют враги, а значит, что в одиночку ей справится уже не удастся. А если вдвоем?..

0

2

Лотар был залит лучами милосердного светила. Первая неделя Медного звена ознаменовалась расцветом жизни как природной, так и людской. Было не очень жарко, но на шумных людных улицах, где от количества прохожих, торговцев и лавочников негде было яблоку упасть, стояла духота. Под ногами на мостовой тут и там были разбросан мусор – листы бумаги, пустые ящики, сломанные контейнеры, прохудившиеся мешки. В подворотнях, в тени домов все еще можно было наткнуться на хлипкую грязь, несмотря на солнечную погоду последних дней. Люди, снующие по улицам, напоминали муравьев: озабоченных, торопливых и деловитых. Город бурлил, гудел, дымил – он жил. Стоял четвертый час после полудня, солнце уже клонилось к горизонту, все спешили поскорее закончить дневные дела. Царила атмосфера толчеи и суматохи, а на рынке гвалт стоял просто неописуемый.
Рыбья улочка была заполнена горожанами, пестрые одежды которых сливались в однородную цветастую массу. Вот торговец стоит на пороге своей лавки и, вытирая вспотевший лоб платком, руководит грузчиками, которые должны внести товар в его магазин. Рабочие не особенно торопятся, они расслаблены – мыслями они уже в ближайшем кабачке, пропивают дневную выручку. На другой стороне улицы на бочках сидят бездельники, играя в кости и карты. Неподалеку слышен громкий смех местных сплетников. Улица не широкая, потому все, что здесь происходит, объединяется в замысловатый обряд, повторяющийся каждый день. Здания каменные, не выше трех этажей, виднеются деревянные пристройки, Из окон верхних этажей то и дело высовываются служанки: им интересно понаблюдать за тем, что происходит снаружи. Две женщины, живущие в домах напротив, расхаживают на узких балкончиках и говорят друг с другом, поливая цветы. Многочисленные продавцы расхваливают свой товар, временами между ними вспыхивают ожесточенные перепалки. Изредка сквозь толпу людей медленно продвигается всадник на лошади или портшез. Под ногами снуют многочисленные животные: проворные кошки и попрошайничающие собаки. Пробегает гонец, сбивая зазевавшихся прохожих – это совсем молодой симпатичный юноша с встревоженным лицом. В след ему несутся проклятия, но он их не слышит – слишком спешит. Людской поток движется то медленно, то быстрее, растекаясь по улицам подобно реке. Одни совершают покупки, останавливаясь возле прилавков, другие спешат дальше. Среди людей снуют дети – иные ходят в одиночку, другие собираются в стайки и играют в чехарду, оглашая округу звонкими голосами и смехом.
Рынок битком набит самыми разными товарами – одеждой, домашней утварью, скобяным товаром, овощами, фруктами и хлебом. Временами слышится звонкое постукивание молота о наковальню – неподалеку мастерская кузнеца. В воздухе невообразимо переплетаются множество запахов: кожи, гуталина, свежей выпечки, пыли и пота, сладковатый запах подгнивающих овощей; пахнет красками – рабочие только что закончили отделку фасада дома. В большее широком месте располагался деревянный помост, где выступали фокусники или глашатаи, зачитывая бесконечные объявления.
Да, такой была Рыбья улочка и ее поражающее воображение разнообразие. Наблюдать за ее жителями – простыми людьми, работящими или ленивыми, веселыми или нахальными, можно бесконечно. Молодой мужчина находился в самом начале этой торговой артерии города, обеспечивающей всем необходимым небогатых горожан. Он был одет в белый камзол, темные штаны были заправлены в высокие сапоги; лицо было скрыто капюшоном. Человек влился в движущуюся массу людей, и не торопясь продолжил намеченный путь. Если бы его кто-то узнал, то удивился бы тому, что Ален с Терра делает на простом рынке, но никто не обратил внимания на еще одного прохожего среди сотен других.
Алену нравился этот город, кипучий и беспокойный, вечно оживленный, захваченный вихрем множества событий. Не часто мужчине выпадал случай побродить по его улицам, разгадывая секреты. Сегодня на Рыбью улочку его привело дело – он направлялся к знакомому кузнецу, забрать починенный нагрудник. Он мог бы отдать доспех более известному ремесленнику, но Ален предпочитал отдавать должное качеству, а не престижу. Добравшись до места и ловко выскользнув из толпы, брюнет прошел в широко открытые двери мастерской. Там за конторским столом сидел заместитель мастера. Сама кузня располагалась на заднем дворе. В помещении царил полумрак, в тусклом свете масляной лапы поблескивали оживленные глаза продавца. Расплатившись, Ален попросил, чтобы подмастерье помог ему застегнуть нагрудник. Ассассин почувствовал прилив уверенности, когда жесткая кожа обхватила его тело – доспех был починен на славу. Удовлетворенно кивнув, мужчина коротко попрощался и вышел на улицу, рассеянно пробегая взглядом по прохожим.  Он остановился недалеко от дверей в мастерскую кузнеца, и в стороне от толпы. Рядом, в переулке, стояли пустые бочки, и Ален оперся на них, скрестив руки на груди. Нужно было возвращаться во дворец, приступать к своим прямым обязанностям, но ассассин хотел оттянуть этот момент насколько это возможно. Быть невидимкой в толпе для него было привычней, чем составлять компанию молодой оживленной Жанне Чевье.

Отредактировано Ален (2014-09-10 01:43:47)

+2

3

Множество людских силуэтов мелькали перед глазами — каждый, подобно маленькому незначительному муравьишке, отбившемуся от остальных, спешил исключительно по своим делам и ни на что иное не обращал внимания. Казалось, что едва стоит влиться в эту разодетую и разномастную толпу людей, как буквально в то же мгновение ты затеряешься в пестроте чужих одежд и украшений. Дань моде — одна из тех вещей, что руководила обыкновенными горожанами уже на протяжении многих десятков лет, а то и дольше. Без должного опыта навряд ли можно надеяться, что за кем-то здесь удастся проследить и разнюхать что-нибудь интересное: чужой след теряется очень быстро, а в итоге «охотник» остается ни с чем.

Пусть обстановка для «ремесла» вроде того, чем прежде занималась Элли, и способствует делу, однако неопытные новички — а они-то в основном и охотились за зеваками на переполненных улочках аэндорской столицы, — то и дело попадались на таком обыкновенном деле, как банальное карманничество. Таких оставалось лишь пожалеть — жизнь научит многому и куда лучше, чем чужие слова и наставления. Впрочем, нужно было проследить и за тем, чтобы помимо мелкой рыбешки не обнаружили и еще парочку внимательных глаз, с кошачьим прищуром оценивающих ситуацию. Именно этим человеком, с небывалым интересом наблюдавшим за атакующей многочисленные уличные прилавки толпой, и была сейчас Вуд.

Она прекрасно помнила, сколь презабавно проходили её детские авантюры: будучи практически незаметным голубком в стайке разноцветных попугаев — разодетых в пух и прах подростков из знати, Эвелин подмечала то, что ей нужно, а затем, не привлекая к себе внимания, следовала за купцом побогаче и понаглее на вид — такие обычно забывают про осторожность, пребывая уверенными в собственном всесилии и могуществе. Едва «жертва» вовсе расслаблялась и ослабляла бдительность, как девчонка разве что настоящим голубком пролетала мимо, совершив едва уловимое движение — а дальше.. гнев, негодование, и наконец, смирение столь самоуверенного купца и недовольные взгляды продавцов: есть ли смысл в том, чтобы приходить сюда и выбирать товары, если в карманах — ни гроша?

Одна минута медленно сменяла другую, и вполне возможно, что будь на месте Лили другой человек, у него могло бы начисто отказать всякое терпение. Однако не в таком хорошем положении находилась девушка, чтобы пренебрегать самым легким способом заработать и одновременно не заявить о себе, да и выбора у нее особого не было — обыкновенные человеческие потребности все же преодолевали стремление скрыться от преследователей как можно дальше и лучше, чем сейчас.

Её старая и покосившаяся хибара, которую так облюбовала Вуд, оставалась по-прежнему нетронутой даже через столько лет — наверное, кто-то из старых знакомых приложил к этому руку, время от времени навещая это место с той или иной целью. Наскоро спрятав прихваченные с собою вещи и оставив при себе лишь собственный ятаган и парочку ножей — на всякий случай, — она так же легко, как и прежде, накинула капюшон, скрывший изучающий взор хитрых глаз, и взобралась на крышу. По старой памяти отыскав довольно знакомую улочку (а может, это именно переплетающиеся в воздухе ароматы, сведшие желудок, привели её сюда), Эвелин, пригнувшись, бегло оглядывала с небольшой высоты (старые городские крыши, все-таки, пока еще были лучшим наблюдательным пунктом для нее) всех, кто так или иначе попадался ей.

За последние полтора часа едва ли какой-либо интерес взыграл в рыжеволосой, а вот голод напоминал о себе все сильнее и сильнее. Привыкшая терпеть и скрывать собственную боль, на этот раз донельзя вымотанная Элли попросту не желала бороться с этим, намереваясь при первой же удобной возможности сигануть вниз, приземлившись максимально бесшумно, и скрыться так же быстро, как прячутся кошки от зубастых челюстей пущенных за ними собак. Впрочем, в какой-то момент после долгих, безуспешных и достаточно утомительных наблюдений глаза её вновь ярко заискрились, а брови свелись чуть ближе к переносице, и между ними залегла морщинка: признак того, что девушка напряжена. Сердце её застучало так громко, что отдавалось в ушах — внутри нее кипел долгожданный интерес.

Среди шумной и находящейся в постоянном движении, подобно листве высоких деревьев в одном из дальних лесов далеко за городом, толпы появился некто, выглядевший совсем не так, как остальные горожане. Создавалось впечатление, будто он сам пытался стать максимально незаметным, однако удавалось это ему не слишком хорошо — так, по крайней мере, казалось самой девушке. А возможно, она попросту никогда не видела таких людей, таких.. Однако сейчас куда больше внешнего вида этого мужчины её заинтересовал небольшой, но наверняка довольно массивный кожаный кошель, прикрепленный к поясу незнакомца. Со стороны, возможно, его можно было бы и не заметить (как не замечали прохожие и самого мужчину, полностью погруженные в собственные дела), однако обзора самой Вуд хватило на то, чтобы загореться знакомым желанием действовать.

Зацепившись кончиками пальцев за капюшон на голове, она подтянула его поближе к глазам, а затем как можно скорее попыталась спуститься вниз — продолжать следить за незнакомцем сверху она не желала, тем более, что в любой момент мог возникнуть риск потерять его из виду. Очутившись на твердой земле и легко вскочив на ноги, девушка нырнула в толпу, как всегда, практически слившись с ней. Золотистые глаза её то и дело выхватывали теперь уже знакомые одеяния, а взгляд цеплялся за, как оказалось, довольно искусно припрятанное вооружение — дело предстояло быть куда более интересным и опасным, чем казалось в самом начале. Возможно ли, что мужчина сумеет догнать её, если Эвелин вовремя не поторопится скрыться, как и намеревалась? Хватит ли ему скорости на это? А если предстоящая кража и вовсе окажется неудачной?

С досадой размышляя о не самых лучших вариантах того, чем может закончится её новая авантюра, Лили внезапно заметила, что её «жертва» остановилась — не в самом лучшем месте из возможных, однако совсем неплохом для того, чтобы как можно незаметнее подкрасться на достаточно близкое расстояние. Проделав это как можно скорее, она затаилась — было необходимо выгадать удачный момент, а так же подумать, сумеет ли она дотянуться рукой до кожаного кошелька прежде, чем незнакомец оттяпает ей руку? В это же мгновение яркие лучи послеполуденного солнца, залившего улицу, упали прямо на, как казалось девушке, едва скрытое капюшоном лицо мужчины. Не сумев продержаться на собственном месте за грудой бочек чуть более секунды, она дернулась вперед.

Цепкие пальчики тут же потянули за край ремешка, коим был привязан к массивному поясу мешочек, — желаемая вещь оказалась у Элли в руках на удивление быстро. В тот же миг она стремительно пригнулась, намереваясь вновь нырнуть в толпу подобно рыбе в воду, однако кто-то из горожан одним нечаянным движением руки смахнул с девушки её капюшон. Яркая шевелюра заискрилась на солнце, казалось, рыжие пряди волос в буквальном смысле пылают в огне. Осознав весь ужас, произошедший с ней, Эвелин едва не споткнулась и не растянулась прямо на каменной кладке улицы, однако вовремя восстановила координацию и припустила вперед — дальше, дальше отсюда. Нужно было найти место, где можно будет вновь затаиться, пока хозяин кошеля будет искать её, а еще лучше — отыскать дорогу наверх, на крыши. Там она действительно могла почувствовать себя в безопасности.

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-09-10 19:21:37)

+2

4

Ален стоял неподвижно, размышляя о своем нынешнем положении и о той непривычной роли, которую он должен был играть. Телохранитель. У императора поистине хорошее чувство юмора, раз он доверил убийце охранять чью-то жизнь. Мало того, что ассассин видел в этом иронию судьбы, так еще и личность, которую нужно было беречь, оказалась молодой хорошенькой и милой девушкой. Нет, в поклонники Алл не метил, просто констатировал факт привлекательности юной особы голубых кровей. Она была для правителя как дочь и получала от него все, что хотела. Лучшего убийцу в охранники, например. Ален испустил почти трагический вздох – компания Жанны Чевье была ему в тягость. Если быть откровенным, любая компания доставляла ему неудобства и он всегда стремился избегать общества. Теперь придется что-то менять, и прежде всего в внутри себя. Алл не знал, как подступится к решению этой проблемы.
«Помоги мне, Каталина, я умею многое, но только не находить общий язык с сумасбродными девчонками. Что-то будет…» - губы мужчины непроизвольно скривились в презрительной усмешке. Жанну он считал сумасбродной хотя бы потому, что девушка с фанатичной преданностью любила кошек и содержала для них приют, тратя на него большие суммы. Веселье, разумеется, оплачивала императорская казна. По мнению Алена в мире было много других вещей, на которые можно было потратить казенные деньги с большей пользой. Но он нужен был не для того, чтобы давать советы и даже не думал озвучивать их. Просто не считал себя слишком подходящим для роли телохранителя. Вот и сейчас он должен быть там, а вместо этого проводит время на Рыбьей Улочке, погруженный в размышления.
Из задумчивости Алена вывел не сильный толчок. Он даже не обратил бы на это внимания, если бы не забавная сцена, разыгравшаяся у него на глазах. Молодая девушка натолкнулась на какого-то прохожего и потеряла равновесие, чуть не свалившись ассассину под ноги. Янтарные глаза Алла сверкнули слабым интересом и пересеклись со светло-карими глазами незнакомки. Вот тут-то ему и стала понятна причина странного толчка, а точнее рывка. Рука непроизвольно метнулась на пояс туда, где должен висеть кошелек. Пусто…
Испуганный и изумленный взгляд негодницы с головой выдавал ее вину. Она быстро пришла в себя и побежала прочь через толпу, сжимая в руках кровные денежки ассассина. Ален испытал прилив негодования, причем в большей степени на свою рассеянность, чем на поступок воровки. И Кэй, предатель, даже не пошевелился, чтобы предупредить мужчину. Сжав губы, Ален поспешил следом за незнакомкой – в толпе ее хорошо было видно благодаря ярким медным волосам, в которых запуталось вечернее солнце. Преследование в толпе – тяжелая задача, но Элл   не был бы собой, если бы не сумел быстро нагнать девушку. Она оставляла за собой своеобразный коридор из удивленных и недовольных людей, которые потирали ушибленные места. Брюнет пользовался этим освободившимся пространством, мягко отводя прохожих со своего пути. Он со злорадством предвкушал, как схватит наглую барышню за шиворот и вытрясет из нее свои деньги.
«Для ее же блага надеюсь, что погоня не отнимет у меня много времени. Иначе сдам ее страже», - думал Ален. Толпа поредела, и двигаться стало легче, Алл сделал последний рывок и вот уже его тяжелая ладонь опускается на плечо незадачливой воровки. Резко остановившись, мужчина развернул к себе девушку, придирчиво разглядывая ее худое  хмурое лицо. Видя ее молодость, убийца немного ослабил хватку, и потащил в сторону от середины улицы. Немилосердно толкнув девушку, Алл прислонил ее к стене ближайшего дома, все еще крепко держа за плечо.
- У тебя есть то, что принадлежит мне, - безапелляционным тоном спокойно произнес брюнет и его глаза хищно сверкнули, - верни, и я подумаю над тем, чтобы не сдавать тебя страже.
Мужчина отпустил рыжеволосую девушку, но оставался на стороже, готовый в любой момент пресечь попытку побега. В сущности, он не выглядел устрашающим, и не чувствовал злобы.
- Сегодня явно не твой день, ворюга, - сказал он почти снисходительно, но при следующей фразе в его голосе послышалась угроза:
- Но только попробуй попытаться убежать, и я устрою тебе «сладкую» жизнь, - Ален подался вперед, поднял руку и ткнул воровку в плечо. За происходящим с любопытством наблюдала пара стражей порядка, которые стояли на другой стороне улицы. Посмотрев в их сторону, мужчина перевел на девушку насмешливый взгляд золотистых глаз и довольно улыбнулся. От этой улыбки веяло самодовольством и загробным холодном. Одним словом это был кровожадный оскал голодного людоеда – фирменное выражение лица Алена, когда он общался с врагами. С обычной жизни он не улыбался, но вот в поединках или в диалогах с противниками…
При этом он продолжал рассматривать молодую женщину изучающим взглядом. Она оказалась старше, чем ему сначала показалось. Он-то принял ее почти за девчонку, видимо его ввел в заблуждение ее хрупкий вид. Она была меньше его ростом, и не выглядела совсем уж безобидной, но и угрозы Ален не чувствовал. Закончив бесцеремонный явно оценивающий и чисто мужской осмотр, Алл сделал вывод, что она была бы даже весьма привлекательна, если бы не жалкий потрёпанный вид и дерзкий злой огонек в глазах. Снова встретившись с ней взглядами, мужчина ничуть не смутился и задрал подбородок, глядя на нее сверху вниз и чувствуя полное превосходство. Ситуация показалась ему забавной – бедная барышня просто не представляла, насколько неудачно она выбрала свою жертву.

+1

5

Казалось, что чем быстрее Элли пыталась выбраться из толпы, тем ей тяжелее это было сделать: множество людей как будто бы специально останавливались точно у нее на пути, переговаривались, над чем-то думали или же просто вглядывались в никуда – словно каменные статуи прямо посреди длинной улицы, воздвигнутые совершенно случайным образом. В какой-то момент рыжеволосая, юрко ныряющая вниз и шарахающаяся в стороны при каждом удобном случае, больше не смогла выполнять подобные пируэты – слишком много на это уходило сил, которых оставалось совсем немного. В какой-то момент она в буквальном смысле врезалась в небольшую группу зазевавшихся прохожих, и каждый поплатился за свою невнимательность – все до единого оказались на земле, изумленно моргая и визжа от испуга и возмущения.

Недавно добытый кожаный кошель, спрятанный под мантией, поближе к разгоряченному от быстрого бега телу девушки, казалось, грел ей душу – несмотря на возраст, Вуд так и не избавилась от своего детского триумфа, будучи в этом плане полностью непредсказуемой. Чувствовала она и кое-что еще – обжигающий взгляд глаз знакомого цвета, отдаленно напоминавший её собственный. Мгновенно перед взором сам собой возник тот миг, когда их взгляды – ошарашенный и испуганный – пересеклись друг с другом. Эвелин показалось, будто внутри нее возмущенно заревело какое-то существо – столь сильно ей была неприятна эта её минутная слабость. Похоже, что эта её поспешность и отсутствие должного терпения сыграли с ней злую шутку, и теперь на хвосте у нее ограбленный ею же незнакомец, оказавшийся довольно проворным – куда проворнее, чем ожидала девушка.

Еще одна испуганно завизжавшая тетка, и путь больше ничто не преграждает; эффектно вывернув из-за угла, Лили даже и не задумывалась, какое впечатление оставляет у изумленных горожан – некий огненный вихрь, сталкивающий и разрушающий все на своем пути, проносился слишком стремительно, чтобы можно было что-нибудь понять. Однако странное жжение в собственном затылке не давало ей покоя – а значит, рано или поздно её настигнут. Она сузила глаза, тяжело дыша и бегло осматриваясь, пытаясь найти хотя бы одну-единственную зацепку на проход к крыше.
Внезапно тяжелая медвежья лапа цепко хватается за её плечо, резко разворачивая к себе, так что рыжие пряди неровно остриженных волос хлестнули преследователя по лицу. Её широко раскрытые глаза, полные изумления и негодования, вгляделись в его – мгновенно потемневшие и несущие за собой явную угрозу.

Она было попыталась вырваться, дабы чужая ладонь больше не приносила ей болезненные спазмы, от которых приходилось морщиться, однако бежать так или иначе было уже некуда – Элли сама завела себя в тупик. Столкновение со стенкой стало последней каплей – дыхания не хватило, поэтому девушка исступленно и хрипло вдохнула и выдохнула, опустив взгляд вниз – по крайней мере, не отвлекаясь на ужасающие гримасы на лице этого бегуна, она сумеет придумать более или менее удачный план для того, чтобы вновь сбежать и, наконец, скрыться из виду.

В какой-то момент боль стала нестерпимой. Вуд громко взвыла, и голос её сорвался на фальцет. Горячее дыхание обожгло щеку – слишком близко.

Отпусти.. меня.., – рыкнула рыжеволосая, все еще пряча взгляд от мужчины за собственной шевелюрой. Неожиданно чужая хватка исчезла совсем – не устояв на ногах, она рухнула на землю, больно стукнувшись затылком о стенку. Едва сдерживаясь, чтобы вновь не взвыть, девушка почувствовала под рукой.. песок. Зачерпнула его, шипя от боли и пытаясь не поддаваться, и вновь поднялась, ползя вверх по стенке.

«Ничего не получишь», – пронеслось в воспаленном мозгу.
Вновь болезненный тычок – и уже неспособная более притворяться и актерствовать Эвелин громко всхлипнула. А затем – с ужасом поняла, что только что чуть не сдала себя с потрохами. Но неожиданно в голове вновь прояснилось – она поняла, что нужно делать.

Все так же хрипло дыша и время от времени глухо всхлипывая, «кровавая Эл» подняла на незнакомца робкий взгляд, полный, казалось бы, неподдельного страха – но далеко не за собственную участь. Пару раз моргнула, неожиданно для себя самой залившись румянцем и почувствовав себя полнейшей идиоткой. Но.. неужели подействовало?
Лишившись своего изучающего прищура, Лили сумела разглядеть практически все – и его карие радужки с золотыми крапинками, пушистые черные ресницы мужчины, и гордо поджатые губы. Задержалась взглядом на кадыке, неожиданно прикрыв веки, как будто еще чуть-чуть – и она мило улыбнется, раскрыв свою «истинную» натуру.

В голове будто пушечный выстрел прозвучал – куда более понятная для себя самой команда «давай». Рыжеволосая резко выбросила руку вперед, кажется, попав точно в цель – эффект неожиданности был достигнут на все сто.
Уже поворачиваясь, чтобы стремглав бежать прочь, Элли с удивленным «ох!» заметила неподалеку еще двух личностей, взиравших на все это с донельзя глупыми лицами, на которых явно вырисовывалось изумление.

«Черт с ними!», – чувствуя в себе неизвестно откуда вернувшиеся силы, подумала она. На этот раз взгляд её все-таки зацепился за отличный ход туда, куда она стремилась все это время – на крышу. Задействовав и выжав из себя всю свою ловкость, она наскоро взобралась наверх – и чуть было обессиленно не рухнула из-за смертельной усталости. Однако это было еще не все – об этом свидетельствовали стремительные шаги позади неё.
Коснувшись ладонью небольшой рукоятки, закрепленной у себя на поясе, она в мгновение ока вытянула свой ятаган из ножен. Лезвие сверкнуло на солнце, а сама девушка едва заметно ухмыльнулась – начинается самое интересное.

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-09-10 22:48:36)

+2

6

Алл никогда не предполагал, что его сможет обмануть чья-то  милая мордашка. Но от разочарований никто не застрахован и вот свершилось – рыжеволосой незнакомке удалось обвести его вокруг пальца, как какого-нибудь мальчишку. В последний момент Ален зажмурил глаза и резко отвернулся, но нужный момент был упущен – песок все-таки попал в глаза.
«Засмотрелся в ее невинные глаза, болван! Поделом тебе, скажи спасибо, что не врезала между ног», - ругал себя мужчина, сжав челюсти и пытаясь превозмочь неприятные ощущения. Глаза резало как ножом, моргать было больно. Взяв в себя в руки, ассассин открыл глаза и посмотрел вслед улепетывающей злодейке. Девушка, демонстрируя невиданную прыть, взбиралась на крыши. Увлеченный неожиданным приключением, Ален, не задумываясь, последовал за ней. Не то чтобы он был таким скрягой, этот кошелек не был его единственным богатством. Но это уже было делом чести и репутации. Чтобы его оставила с носом уличная воровка, пусть и ловкая? Ни за что!
Похоже, Каталина очень хорошо слышал своего верного поклонника. Только что Алл думал о том, что ему придется меняться, учится смотреть на жизнь иначе. Сетовал на свою неспособность находить общий язык с дамами, и вот, пожалуйста – он познакомился с одной из них. Отношения как-то сами собой, мягко скажем, не задались. Вот так урок, Каталина!
«Да уж, спасибо», - фыркнул ассассин и почувствовал веселость своего духа-хранителя. Кэй, не выказывал никакой тревоги, наоборот, он, казалось, подшучивал над Аленом. Молодой человек не чувствовал того напряжение, какое обычно наполняло его в экстренных ситуациях. Напротив, ему тоже передалось озорство койота, будто все это было игра.
В два счета забравшись на крышу следом за противницей, мужчина впервые испытал нечто похожее не удивление и искренний интерес. Незнакомка встречала его с оружием в руках и несмотря на усталый вид держалась очень уверенно. Уголки губ убийцы едва заметно приподнялись, а во взгляде промелькнуло уважение.
«Значит, борешься до конца. Очень хорошо. Мне не повредит размяться», - азартно улыбаясь,  Ален сделал шаг навстречу и отточенным годами движением вытащил парные клинки из ножен за спиной. Потертые рукояти удобно легли в ладони, неся с собой успокоение и уверенность в победе. Что-то удержало его от первого удара. Хотелось посмотреть, какой еще сюрприз готовит новая знакомая. Усмехнувшись, мужчина стал в боевую стойку и поманил противницу кончиком одного стилета, отдавая право первого хода.
- Дамы вперед, - насмешливым тоном произнес Ален и замер, в ожидании первой атаки. Парируя первый удар скрещенными клинками, он не мог не признать силу и ловкость женщины. Очень скоро им завладел азарт боя. С рыжеволосой воровкой было интересно сражаться: она была умным и хитрым противником. Сразу было видно, что она носит оружие не для фанфаронства, и хорошо умеет им пользоваться.
Выпад, удар, блок – звон стали о сталь. Казалось, еще чуть-чуть и от оружия посыплются искры. Для Алена это было увлекательной игрой, завораживающим танцем, в котором он отлично знал все движения. В какой-то момент лезвие ятагана задело кисть, и на коже выступила яркая красная кровь. Оружие было так хорошо наточено, что в первую минуту ассассин даже не почувствовал боли, и лишь позже заметил порез. Удивленно выгнув бровь, мужчина по новому посмотрел на девушку, но все же не стал серьезнее. Чтобы соперничать в искусстве ведения боя с таким опытным мастером, как бывший Мамелюк, нужны годы серьезных тренировок, таких, через которые прошел он сам. Хотя девушке сопутствовала удача, нельзя было не заметить, что она истощена перенесенными недавно испытаниями. Какими?
Ален уже понял, что рыжеволосая незнакомка не простоя уличная воровка – воры не умеют так сражаться. Но тогда что вынудило ее пойти на кражу, что заставило вести преступный недостойный образ жизни? Ее персона смогла вызвать в Алле неподдельный интерес, и теперь ему захотелось поговорить, а не драться.
Продлевать агонию схватки, на которую девушка отдавала все силы, а он лишь развлекался, Ален считал жестоким. Незнакомка была стойкой, но Ален чувствовал, как слабость волнами исходит от ее измученного тела. Такая победа не принесла ему удовлетворения, это было похоже на травлю гордого, но раненного животного, которое в момент слабости не может достойно ответить своему обидчику. Когда она отдохнет и наберется сил, тогда победа над ней принесет удовольствие.
«Тогда? Что значит тогда? Мы больше никогда не встретимся», - одернул себя ассассин и сделал решительный выпад. Обманным движением он занес руку для удара, а второй стилет ловко развернул в ладони рукояткой вперед. Точным движением он нанес рукоятью девушке болезненный удар по внутренней стороне запястья руки, сжимавшей оружие. Завершая атаку жестким ударом в плечевой сустав все той же руки двумя пальцами, Ален поставил противнице подножку и толкнул, вынуждая упасть. Не теряя времени и не давая ей подняться, мужчина склонился над распростертой девушкой, уперев колено в живот. Убрав стилеты в ножны и, ожидая от рыжеволосой новой попытки вырваться, Ален склонился ниже, ребром руки надавив ей на грудь. Все было кончено.
Некоторое время он разглядывал ее красивое, разгоряченное боем лицо. Что в нем было особенного? Сила духа, тень страдания, одухотворенность? Ассассин был заинтригован, прежде всего, тем, что воровка чем-то зацепила его, заставляя думать о себе. Взгляд его был спокойным и изучающим, он чуть склонил голову на бок и прищурился, будто ему довелось встретить ранее невиданное существо. И сам он был странным созданием, которое на миг показалось на свет, выбравшись из своего убежища. Лицо оживилось, отражая эмоции, которыми всегда было богато сердце. Дыхание постепенно успокоилось, мышцы расслабились, в глазах потух воинственный огонек.
- На этот раз достаточно? – Сухо поинтересовался Ален, снова принимая свой обычный высокомерный вид, - в следующий раз я не буду таким снисходительным.
С этими словами он резко отстранился и поднялся на ноги, подавая девушке руку для помощи, и сам удивился этому жесту. Что он делает здесь? Кажется, он гнался за подлой воровкой, которая украла у него кошелек? Брюнет окинул рыжеволосую удивленным взглядом, будто бы никак не мог признать в ней ту самую разбойницу, за которой он начал погоню.  Схватки всегда давали ему хорошую пищу для размышлений. Он не умел узнавать людей обычным способом, но зато во время боя знакомился с ними лучше, чем при помощи слов. Казалось, вид недавней противницы не вязался в него в голове с образом простой никчемной воровки.
Повернувшись к ней спиной, он нагнулся и подобрал ятаган, осматривая оружие придирчивым взглядом. Оно было в  прекрасном состоянии и хорошо отточено. Нахмурившись, он глянул на свой порез и сделал несколько пробных движений ятаганом. Мужчина хмурился, но скорее задумчиво, чем сердито.
- Хорошее оружие, - наконец, вынес свой вердикт Ален и, прищурился, глядя на незнакомку. Это выражение лица означало у него веселость.
- Откуда оно у такой оборванки, как ты? – Поинтересовался мужчина, явно намекая на воровские замашки новой знакомой.

Отредактировано Ален (2014-09-11 18:00:16)

+2

7


If everyone cared and nobody cried
If everyone loved and nobody lied

Неожиданно подул свежий порыв ветра, колыхнув полы её серых и невзрачных одежд; запутавшиеся прядки волос взметнулись в воздух, и на короткое мгновение окружающий мир пропал для девушки из виду. Казалось, будто всего секунду назад она жмурилась от солнечных бликов в собственной рыжей шевелюре, а теперь в том месте, где буквально недавно царила пустота, появился уже знакомый силуэт человека. Чем чаще они сталкивались друг с другом, чем дольше всматривались друг в друга, тем отчетливее подмечалась в памяти та или иная деталь — блеск в глазах, случайный жест, мимолетное дыхание, от которого кожа покрывается мурашками. Элли легко мотнула головой, отбрасывая непослушные пряди назад, и слегка склонила её в бок, прищурив миндалевидные глаза, будто вновь прицениваясь, изучая, анализируя — пострадавший с её шаловливой руки мужчина вновь предстал перед ней во всей своей красоте.

Множество эмоций блуждало по его загорелому лицу с явными античными чертами — порция глубокого удивления, капелька возмущения, щепотка.. заинтересованности? Или настоящего, неподдельного интереса? Вуд насмешливо фыркнула — все обстоит куда сложнее, чем она думала. Похоже, что банальной схваткой дело не закончится, и это если оная окажется на равных; впрочем, её нынешний противник был вовсе не глуп. Тяжелое дыхание, заторможенная реакция, время от времени бледнеющее на глазах лицо — все это выдаст её с головой. Он непременно заметит, оценит, подловит и победит. Есть ли смысл скрещивать оружие, если исход боя уже предрешен, и не лучше ли сделать последний рывок, чтобы сбежать восвояси? Без добычи — зато живой и относительно невредимой.

Сталь вновь сверкнула на солнце, на этот раз — чужая, и солнечный зайчик скользнул по её лицу, едва не ослепив, так что Эвелин отступила на шаг, по-прежнему напряженно сжимая рукоятку клинка в руке и готовясь к возможной атаке, дабы ответить на нее моментально: кто знает, какими еще навыками обладает этот разодетый пижон? В его руках оказались парные мечи; эффектно представив сопернице оружия с искусной отделкой и собственной завораживающей формой — взгляд золотистых глаз почти алчно скользнул по блестевшему на солнце лезвию одного из них, — он недовольно заставил Лили метаться между двумя собственными желаниями — не смотря ни на что победить и сдаться без боя, на милость врагу и на радость своему инстинкту самосохранения.

Едва едкая фраза о предоставлении ей удобного момента для первого выпада сорвалась с растянутых в ухмылке губ незнакомца, как девушка вновь почувствовала, как в ней поднимается нечто, олицетворяющее её саму: существо утробно зарычало, выпустив коготки и подначивая рыжеволосую еще больше. Вся недавняя злость «кровавой Эл», не знавшая выхода, теперь перенасыщала её, перемещаясь по телу вместе с разгоряченной кровью в жилах и наливаясь в её собственных ладонях необыкновенной тяжестью, которую она и собиралась обрушить на врага со всей присущей ей горячностью. Ему не терпится получить сполна? Еще поймет, кого недооценивает! Лицо её в очередной раз исказилось: его перечеркнул оскал, а в глазах плясали самые настоящие чертенята. Резко сорвавшись с места, Эвелин выбросила руку с ятаганом наизготовку вперед, целясь прямиком в солнечное сплетение вовсю подначивающую её врага. Как легко ему удалось вывести её из себя! Резкий скрежет стальных клинков, разнесшийся по округе, вспугнул стайку голубей, расположившихся на ближайшем карнизе.

If everyone shared and swallowed their pride
Then we'd see the day when nobody died

Вуд с досадой отшатнулась в сторону, мгновенно выискивая одно из самых явных слабых мест у мужчины, дабы тут же повторить собственную попытку — и неожиданно пригнулась, в это же мгновение качнувшись вперед. Ловко управляемые мечи в натренированных руках, мгновенно сформировав блок, вновь не дали ей пробить, казалось бы, идеально направленный против неё барьер. Не ожидавшая подобной прыткости Элли не смогла справиться с координацией, скользя собственным клинком по чужим. Её отнесло в сторону, и противник в мгновение ока оказался за спиной, явно намереваясь воспользоваться своим удачным положением и положить всему конец. Однако девушка не дала ему такой возможности, ловко отклонившись и тут же вновь возникнув перед соперником. Сверкнуло лезвие ятагана, однако тот, похоже, не заметил оного, будучи полностью поглощенным в захватившие его ощущения и не сводя с рыжеволосой внимательного взгляда. Она же, уподобляясь ветру, все так же игравшемуся с её яркой копной волос, словно акробатка, оперлась о чужое плечо и в буквальном смысле перелетела через противника, мгновенно развернувшись и тяжело выдохнув — все только начинается.

Однако коварная фортуна резко изменила разбойнице, в узких кругах известной как «Кровавая Эл» за свою отчаянность и жестокость: точный удар откуда-то со стороны пришелся на её уже было поврежденное плечо. Негромкое рычание, смешанное со вскриком, сорвалось с мгновенно побледневших губ Эвелин. Решивший не оставлять его собственной обидчице ни единого шанса, мужчина неожиданно выбил из под нее всякую опору и резко толкнул. Выпустив из рук свой верный клинок, девушка рухнула навзничь — и не смогла больше пошевелиться. Рыжие пряди разметались по холодному камню огненным ковром, а лицо её цвета дорогого и изысканного мрамора превратилось в как будто бы навсегда застывшую каменную маску. Боль медленно расползалась по телу, захватывая собой каждую клеточку, но ни единого звука больше не доносилось от Элли — она понимала, что ошиблась. Все-таки это конец..

В мгновение ока воздуха перестало хватать: чужая конечность буквально пригвоздила её к месту. Казалось, будто незнакомец «отсекал» от нее части собственного тела, будто каждым своим действием подтверждал жестокую истину: она проиграла. Впервые в собственной жизни Вуд оказалась повержена, и скорее всего, жизнь её должна вот-вот оборваться. Кривая улыбка просилась наружу — именно так и должна закончить преступница. Зло должно быть наказано, как и в полузабытых материнских сказках, рассказанных ей когда-то перед сном — так есть ли смысл дергаться? Чужое лицо, до безобразия красивое, приблизилось к её собственному; дыхание вновь обожгло кожу. Равнодушно разглядывая незнакомца вблизи, она подняла на него свои мертвые глаза, в которых не было абсолютно ничего — ни прежних чертенят, ни даже стремления так или иначе вырвать зубами победу. Лишь пустота — что сейчас и в душе. Вот-вот с губ должно сорваться холодное и насмешливое: «Кончай актерствовать и добей меня».

We'd see the day when nobody died

Словно услышав её или как-то догадавшись о том, чего она в действительности желала, мужчина отстранился и на мгновение исчез из виду. Вместо него перед Лили неожиданно оказалось нечто другое — а именно, глубокая и невероятно завораживающая небесная синь. Неужели это именно то, что ей дано увидеть перед тем, как отправиться к праотцам? В таком случае, она была согласна умирать снова и снова, чтобы вновь вглядываться в чарующую глубину небес, и дыхание — сперто от восхищения, и глаза блестят, будто в них отражаются звезды, которым вскоре опять суждено там, в черничном киселе неба, появиться одна за другой..

Однако никакого удара острым клинком ей в грудь, который так ожидала «Кровавая Эл», не произошло. Вместо этого её соперник произнес то, отчего её будто холодной водой облили — настолько сильным было изумление. Осторожно скосив глазки на мужчину, она чуть было не расхохоталась — он протягивал ей руку, намереваясь помочь подняться. Что за странности такие? Почему он не убил её, как и должно было случиться? Она обворовала его, оказала сопротивление, сражалась ради того, чтобы прикончить его самого. Неужели после всего этого Элли не должна поплатиться за свои поступки? Так или иначе, она вдруг почувствовала, что все-таки может подняться, тем более, что выбора ей все равно не оставили. Уперев руки в твердую поверхность под собой, она подтянула колени поближе к животу и, по привычке резко вскочив на ноги, неожиданно шатнулась в сторону, едва не грохнувшись вновь. Конечности мелко подрагивали, саму её невероятно раздражал клубящийся перед глазами туман, однако каким-то образом Вуд все же смогла остаться в стоячем положении, даже без чужой помощи.

Мгновением позже её отвлек металлический звон, как будто поднимали какое-то оружие, и чужой голос, раздавшийся прямиком за спиной. От совокупности эмоций, прозвучавших в голосе мужчины, рыжеволосая почувствовала, как её охватывает раздражение: он вновь издевается или действительно настолько глуп? Глаза её расширились — незнакомец держал ятаган Эвелин, судя по всему, явно заинтересовавшись. Не желая наслаждаться этим зрелищем и кипя от возмущения, девушка дернулась в его сторону, вцепившись в рукоятку, но так и не сумев выдрать клинок из чужих рук.

Бывший владелец оказался на удивление сговорчивым и отдал мне его, учитывая, что из его горла фонтаном хлестала кровь, — ядовито выплюнула Лили. Но не успела она предпринять что-либо еще, как послышалось громкое скрипение и чье-то бессвязное ругательство. Звук донесся до них двоих со стороны карниза, а значит, недавняя схватка не осталась незамеченной.

В мгновение ока рыжая выпустила из ладони рукоятку, стремительно пятясь и будто бы совершенно не боясь рухнуть с крыши навзничь — в висках непрерывно стучало: «Бежать, бежать, бежать!». Совершенно забыв об оружии в руках незнакомца и вытянув из под мантии ту самую парочку метательных ножей, которые она захватила с собой, Элли бегло огляделась, в любой момент намереваясь сигануть вниз. И уже ничто её не остановит, будь то даже десяток врагов наподобие парня с красивыми глазами, которого она обворовала.

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-09-11 22:01:15)

+2

8

1

Четверо НПС в оборванной грязной одежде и с большими ножами, заткнутыми за пояс. Имеют очень неприятный злобный вид последних негодяев.

Лойс и его товарищи готовы были проклясть весь белый свет за свое фатальное невезение. Они начали эту погоню уже давно, но ни разу не смогли даже на шаг приблизиться к желанной победе. Чтобы они не предпринимали, какие бы ловушки не готовили, их жертве всегда удавалось ускользнуть.
«Проклятая Кровавая Эл! Чтобы ее душа попалась властителям в вечные муки», - ворчал про себя предводитель их маленького отряда. Лойс не считал себя образцом добродетели, но Элли представлялась ему просто воплощением зла. Бичом богов, посланным ему, отчаянному головорезу за порочную жизнь. Бандитское чутье подсказывало, что из этой переделки ему так просто не выбраться. Это был крепко сбитый невысокий мужчина, с грязным ржавым мочалом на голове, когда-то бывшим его шевелюрой. Лицо, покрытое шрамами, заросло нервной отвратительной бородой. Ему только стукнуло сорок, но порок оставил на нем заметный след, внешне состарив на два десятка лет. Он был истощен, голоден и зол, но дело так или иначе нужно было закончить. Бандит окинул взглядом своих товарищей: все они были такие же прожжённые разбойники, как и он сам. Грюнт был лыс и невероятно туп, зато природа одарила его не дюжей силой, пригодной в их ремесле. Он всегда молчал, лишь изредка издавая неопределенное «гым», и развлекался тем, что ковырял в огромном, как картошка, носу, грязным пальцем. Вторым спутником Лойса был невысокий щуплый мужичок, с залихватски завитыми сальными усами и рожей хорька. Его звали Эвэри, его маленькие, близко посаженные глазки постоянно бегали, он нервно потирал руки, хрустя костяшками длинных гибких пальцев. Глядя на него, Лойс всегда передергивался – эти руки очень легко было представить на чьей-то шее. Впрочем, Эвэри считал себя очень привлекательным малым и говорил, что имел популярность у дам, чему Лойс, конечно, не верил. Третьим его соратником оказался Брут-Шепчущий о Смерть. Он был умнее остальных и пользовался среди головорезов некоторым авторитетом. У него были длинные черные волосы, которые свисали с головы в виде сосулек, кожа была мертвенно бледной, а под глазами собрались черные синяки. Когда люди смотрел в его выцветшие водянистые голубые глаза, у них непроизвольно скручивало желудок – не его лице было написано, что он убийца и садист. Прозвище он получил благодаря страшному увечью, полученному еще в молодости – на его глотке виднелся страшный шрам, оставленный вражеским кинжалом. Как этот человек выжил с перерезанной глоткой, оставалось загадкой. Однако с тех самых пор Брут не мог нормально говорить, а только свистяще шептал. В общем, компания собралась колоритная, и даже у Лойса от своих товарищей по спине пробегал холодок. Сам он хоть и был бродягой и разбойником, но, по сути, не был мерзавцем. Он хорошо соображал, хотя и был туповат, жестокий образ жизни сделал его озлобленным. Никто не показал ему лучшего пути, никто не помог подняться. Он рос сиротой и промышлял воровством, но потом стал наемником. Скользкая дорожка столкнула его с бандой Гар-ган-то-тул пару лет назад, и с тех пор он был с ними. О Кровавой Эл он только слышал, и про себя всегда жалел девчушку. Впрочем, эта жалость перемешивалась с презрением. Не дело для бабы вести подобный образ жизни – так думал Лойс. Теперь же оказалось, что ее нужно убить, перед этим отобрав у нее то, что она посмела украсть у кого-то из верхушки гильдии. И это поручили Лойсу. Он не любил мокрых дел, но понимал, что концы нужно опускать в воду. Так и началось это длинное изматывающее преследование.
Кровавая Эл все время петляла, как дикий зверь, сбивая преследователей с пути. Много месяцев они выслеживали ее, но каждый раз девушка ускользала из их рук. След привел их в Лотар, в один из небогатых районов. Остановившись в темной подворотне, бандиты планировали дальнейший план действий.
- Наши говорят, что она где-то здесь. Ее видели на Рыбьей Улочке. Она «удила там рыбку» (т.е. грабила). - Облизывая губы, говорил Эвэри, воровато оглядываясь. Его постоянно трясло, он сильно сутулился и поводил своим длинным крючковатым носом. Эвэри знал местных воров и бандитов, и только что говорил с кем-то из них. Мужик был в восторге от своего словестного каламбура и от того, что их изматывающая погоня, похоже, подходит к концу.
- Только вот рыба попалась слишком большая для нашей маленькой Эл, ха-ха! Сцапали мерзавку, говорят, - продолжил он.
- Стража? – С сомнением спросил Лойс, и рассказчик энергично замотал головой.
- Нет, эти не видят дальше своего носа. Это все тот тип, которого она хотела ограбить, ха-ха! Кончилась удача Кровавенькой Элли, хо-хо! – Веселился Эвэри, чуть не подпрыгивая - они скрылись на одной из крыш, тут, неподалеку.
Он сжимал и разжимал пальцы, и Лойс передернулся от омерзения, отворачиваясь.
- Значит, лезем на крыши, господа, - коротко изрек он.
***
В это время Ален громко расхохотался незнакомке в лицо. Ее слова очень позабавили ассассина. Он ответ руку в сторону от цепких пальчиков девушки, крепко держа ятаган. Слова о том, как она получила свое оружие, повеселили убийцу.
«Кого она пытается впечатлить своей бравадой? Неужто думает, что ее маленькие зубки смогут причинить мне вред?» - думал Ален, глядя на рыжеволосую золотистыми глазами. От чего-то она напомнила сейчас маленького хищного зверька: разгневанную и растрепанную кошку. Мужчина не сдвинулся ни на шаг, окидывая воровку многозначительным взглядом – в попытке добраться до ятагана она приблизилась к нему вплотную, как будто желала страстно обнять.
Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы девушку не отвлек какой-то шум. В ее глазах снова мелькнуло затравленное выражение, она выхватила из складок своей одежды метательные ножи и попятилась, опасно подходя к краю крыши. Ален нахмурился, и, шагнув за ней следом, бесцеремонно схватил ее за ворот и рывком оттащил подальше от опасного места. Потом он обернулся к четырем незнакомцам, которые стояли на другом конце крыши и пристально рассматривали человека в белом капюшоне и рыжеволосую женщину. Их взгляды были устремлены на руку ассассина, которая до сих пор сжимала одежду девушки.
Осмотрев незваных гостей, Ален передернулся от омерзения, его лицо снова стало холодным, а взгляд – непроницаемым. Он осторожно отпустил одежду девушки, но только чтобы мертвой хваткой вцепится в ее запястье.
«Кто эти бандиты? Ее дружки?» - Брюнет скользнул взглядом по встревоженному лицу новой знакомой.
«Нет, не похоже», - он медленно отпустил руку девушки и снова посмотрел на четверку негодяев, подметив, что один из них, тот, что с рыжей бородой, явно их лидер. Судя по кровожадным взглядам, которые разбойники бросали на воровку, ее ждало не самое приятное будущее. Трое из них явно сгорали от нетерпения, но лидер, похоже, был умнее остальных и проявлял осторожность. Компания начала приближаться к ассассину и разбойнице, а Ален провожал каждое их движение настороженным взглядом.
***
- Слыш, незнакомец. Нам не нужны неприятности. Отдай нам вот Эту, и можешь проваливать, - сказал Лойс, остановившись в нескольких шагах от типа в белом капюшоне. Им действительно везло: Кровавая Эл выглядела потрепанной, видимо этот незнакомец – хороший боец. Однако он не был их врагом, а чутье подсказывало бродяге, что связываться с ним опасно. Они не в той форме, чтобы соперничать с кем-то в умении владеть оружием. Лойс радовался, что девчонка лишена своего оружия – метательные ножи не в счет. Похоже, им, наконец-то везет. Главное – избавится от незнакомца, и тогда Кровавая Эл ответит им за все. Лойс окинул человека в белом камзоле внимательным взглядом: тот стоял неподвижно, словно неживая статуя, лицо почти полностью скрывал капюшон.
- Ты оказал нам огромную услугу, дружище, мы тебе даже заплатим, хочешь? – Спросил Лойс, игнорируя возмущенное фырканье Эвэри за спиной. Этот хлыщ был хорошо одет, а чем люди богаче, тем они жаднее. Однако незнакомец продолжал молчать, словно решая, как ему быть. Лойс взглянул на Кровавую Эл, которая сейчас находилась немного позади своего недавнего противника. Когда бандиты увидели сражающуюся парочку с соседней крыши, то не поверили своему счастью.
«Кто он,  неожиданный союзник?» - Лойс прищурился, – «или новый враг?» - Но все говорило в пользу того, что незнакомец в белом не будет им мешать. В конце концов, Эвэри что-то там говорил о том, что Кровавая Эл его ограбила, значит, они – враги. Но почему же он медлит?
- Отойди, мужик, - глухим голосом приказал Лойс, который начал чувствовать беспокойство: что-то было не так. Эвэри сделал шаг к своему командиру и поддакнул:
- Да, отойди, чужак! Это не твое дело, - сказал он. Незнакомец будто послушался, и одним движением скинул капюшон с головы. Это оказался совсем молодой парень с приятным лицом, вот только жёсткий взгляд выдавал в нем опытного воина. Лойс подозрительно прищурился, наблюдая за действиями чужака. Брюнет, тем временем, начал медленно прохаживаться по крыше и обходя компанию по кругу.
- О чем речь, друзья мои? Эта оторва доставила мне много хлопот, признаю. Она – ваша. Вы говорили о золоте? – спросил он, широко улыбаясь. Будь он трижды хорошим бойцом, с его стороны было крайне неблагоразумно вступать в торг с озверевшими от истощения бандитами. Лойс презрительно поджал губы – молодость есть молодость.
- Шшел бы ты отсссюда, пока целл, - прошелестел Брут, который сейчас находился ближе всех к брюнету. Он выхватил из-за пояса нож, столкнувшись с дерзким взглядом мальчишки. Эти золотистые насмешливые глаза, полные превосходства, будили в нем безумное желание убивать. Лойс предупреждающе кашлянул, пытаясь разрядить обстановку.
- Уйти? Покажи мне причину, падаль, - усмехаясь, произнес брюнет, и презрительно сплюнул под ноги Бруту. Тот как завороженный наблюдал за плавными движениями этого наглого юнца. Шепчущий о Смерти видел жажду убийства в золотистых глаза юноши, такую же, какая снедала его самого. Они были чем-то неуловимо похожи – уродливый оборванец с бледной кожей и загорелый красивый молодой человек. Они оба чувствовали – их связывает смерть, и эта связь разжигала в их сердцах ненависть. Они были словно отражения друг друга в кривом зеркале. Брут вспомнил, каким он был когда-то, а Ален представил, каким может стать. Обоим захотел стереть с лица земли этот омерзительный образ.
После того, как ему перерезали горло, Брут стал немного странным – иногда он слышал голоса, приказывающие ему сделать то или другие. У него всегда были слабые нервы, и сейчас они были напряжены до предела. Даже присутствие Лойса уже не могло отрезвить Брута, захваченного жаждой убивать. Как этот наглый выскочка смеет так дерзко смотреть ему в глаза?! Убить, убить, убить! Брют шагнул незнакомцу навстречу, продолжая неотрывно смотреть в карие глаза, которые оказались совсем близко. Гадкие глаза, которые сводят с ума! Пусть не смотрят, пусть закроются навсегда! Брут почувствовал острую боль в боку, и сразу же – слабость. Шепчущий со смертью медленно осел на черепицу, испустив последний шипящий вздох.
***
Остальные бандиты ошарашенно наблюдали за тем, как их товарищ, который вдруг поддался одному из приступов слабоумия, свалился на крыше тяжелым бесформенным мешком. Ален вырвался из охватившего его чувства ненависти, и молниеносным движением подскочил к ятагану девушки. Носком ботинка он поддел рукоять оружия и, подбросив в воздухе, бросил его законной владелице. Мужчина присел, и резко развернулся к новым противникам. Скрытый клинок, с которого еще капала кровь убитого негодяя, скрестился с ножом лидера разбойников: началась новая схватка.

Отредактировано Ален (2014-09-12 02:15:20)

+2

9

В ушах слабым эхом еще отдавался чужой смех, как могло показаться, вполне искренний, — неужели она действительно сказала что-нибудь смешное? — а на деле мгновенно потемневшие глаза с внезапно сузившимися зрачками рыжеволосой девушки явно давали понять, что на этом забавы заканчиваются. Сердце стучало громко, дыхание её из хриплого превратилось в свистящее, а рука инстинктивно сжала маленькую рукоять ножа, который она в любой момент была готова использовать, если кто-нибудь из этих пятерых — и странный незнакомец в том числе — вновь приблизится к ней с явным намерением порешить. В то же время Элли продолжала осторожно пятиться. Неожиданно ткань длинного плаща, зацепившись за щиколотку, сыграла с разбойницей злую шутку — координация была безвозвратно утеряна, а позади — лишь пустота. Не успев даже что-либо предпринять, Вуд уже была готова рухнуть вниз, как чья-то сильная рука схватила её за загривок и удержала от падения. Она зажмурилась — сейчас чей-то клинок завершит дело, незаконченное тем мужчиной, неожиданно пощадившим ограбившую её разбойницу; кто же оказался настолько проворным, что смог поймать её? И сколько раз она собирается сегодня умирать?

Однако и в этот раз мгновенного удара, который ожидала Эвелин, так и не произошло. С подозрением приоткрыв один глаз, она бегло оглядела себя — ни следов крови, ни рукоятки ножа, возможно, впившегося в неё с чьей-либо помощью или чего-нибудь еще не было. Лили с облегчением выдохнула, как будто бы обрадовавшись, что судьба её вновь миловала, однако так было ровно до тех пор, пока она не подняла глаза на незнакомца — это именно он подоспел вовремя. Боялся, что она сбежит с его денежками, или действительно заметил, что Элли была готова упасть и разбиться о каменную кладку улицы? А впрочем, какая разница — прежде, чем поблагодарить, рыжеволосая заметила кое-что еще. Он держал её как дворовую кошку, полакомившуюся хозяйской сметаной, прямо-таки за шкирку! Благо, что еще над землей не поднял, с укором заглядывая в глаза, иначе бы она и вовсе задохнулась. Неожиданно возникло желание пнуть этого наглеца по ногам, чтобы, зульт его задери, он наконец научился дистанцию. Убить его уже не получится, да и желания как такового уже нет — мужчина выбил его из неё своими точными ударами, повалив на землю и таки не пожелав расправляться с девушкой окончательно.

Кто знает, сколько бы она еще продолжала возмущаться поступком незнакомца, если бы воздух внезапно не сотряс такой знакомый голос вместе с привычным смешком, от которого по спине у Вуд побежали мурашки? Тот, кто крепко держал её — еще немного, и не дай бог в объятия заключит, — и вовсе не смотрел на неё. Вскинув вторую руку к горлу, а затем зацепившись за ткань плаща ноготками, чтобы оттянуть её в сторону, Эвелин было попыталась выглянуть из-за чужого плеча и убедиться в собственной догадке. В глазах её промелькнул испуг, а затем золотистые радужки девушки заволокло нечто вроде пелены: она подалась в собственные воспоминания. Когда-то, в самом сердце Черной Пустыни, еще будучи официальной представительницей банды «Гар-ган-то-тул», она сидела с ними за одним длинным столом, на котором широким полотном раскинулась карта главаря их шайки; слышала озлобленные смешки и глухие разговоры, но не обратила тогда на это никакого внимания. Теперь же шестерки того самого атамана, которого успела ограбить рыжеволосая, пришли по её душу, и сомневаться не приходится, рано или поздно им удалось бы прикончить Лили.

Значит, предчувствие вновь не обмануло её, как не обманывало и на протяжении всей жизни — погоня была далеко не воображаемой, а совершенно реальной. Элли болезненно оскалилась: она помнила, какие виражи ей пришлось преодолеть, чтобы запутать бандитских ищеек и не дать им возможности себя схватить; помнила, о чем успела подумать, пока бежала все дальше и дальше. Помнила множество бессонных ночей и свое облегчение, захватившее душу, едва рыжеволосая преодолела высокие столичные стены. Впрочем, не стоило так наивно верить в невозможное, ведь она наверняка успела наследить, да и сети бывших товарищей по разбойничеству были расставлены слишком широко. Рано или поздно это действительно должно было случиться, и вывод напрашивался сам собой: к компромиссу прийти не получится. «Гар-ган-то-тул» не прощает предателей, а потому исход должен быть один — либо они покончат с ней, либо она перебьет их. Внезапно Вуд расплылась в нервной улыбке: лучше бы она сейчас с крыши свалилась, обессилев. Разбойник, не способный более драться, уже не жилец.

Поглощенная собственной растерянностью — наверное, впервые с тех пор, как Эвелин совершенно случайным образом столкнулась с тем прохожим на улице, сорвавшим с неё капюшон, — она краем глаза все же успела заметить на себе прищуренный взгляд мужчины, по-прежнему крепко держащего её за загривок. А затем он отпустил её, чтобы схватить и крепко, практически до боли, сжать запястье рыжеволосой, и только в этот момент она поняла, что сейчас все может зависеть и от него тоже. Почему незнакомец так цепко держится за свою недавнюю обидчицу? Пощадит ли он её во второй раз или же прикончит, пырнув ножом или свернув ей шею, как и желают того та шайка? Девушка сглотнула, по-прежнему крепко сжимая в руке метательный нож. Что бы ни случилось, она должна попытаться спастись — недаром же судьба в какой раз не дает ей умереть, верно? А потом случилось то, чего она никак не ожидала: мужчина выпустил из захвата руку Элли и окончательно сфокусировал свое внимание на чужаках, явившихся, чтобы убить её.

Облегчение, удивление, некое подобие радости — все это отразилось на лице разбойницы прежде, чем она сама решилась вновь поднять взгляд на тех четверых. Вопреки всему, желания что-то делать и куда-то бежать она больше не чувствовала — как будто одеревенела, застыв на месте и ожидая дальнейшего развития событий. Впервые в жизни почувствовала себя защищенной — да и защищенной ли? Внезапно сорвавшаяся с губ «жертвы» воровки фраза заставила её напрячься. Было ли это бравадой, или он говорит всерьез? Слегка прищуренные глаза она переводила то на широкую спину недалеко от себя, то на компанию бандитских шестерок, ожидая выпада и с той, и с другой стороны.

Заметив то, как незнакомец снял с себя капюшон, Вуд слегка подалась вперед — похоже, дело шло к еще одной схватке. Неужели он действительно желает сражаться? Неужели станет биться с врагами девушки, не имеющей к нему никакого отношения? В этот же момент черноволосый парень крайне отталкивающей наружности тоже шагнул навстречу; видимо, озлобленный, он намеревался совершить какое-то действие, но тут же был остановлен прямым ударом в живот. Глаза рыжей распахнулись от удивления: в том месте, куда был нанесен удар, расползалось пугающе алое пятно. Разбойник был мертв.
Сверкнуло в воздухе лезвие ятагана — и Элли уже уверенно держит его рукоятку в ладони, вновь почувствовав себя в своей стихии и поймав оружие в воздухе, но совершенно не ожидав подобного шага от мужчины в белом. Вопросы копились в голове один за другим: зачем он это делает? Какие цели преследует?..

Вместе с девушкой от потрясения очнулся и рыжебородый, сделав внезапный выпад вперед. Однако удар был умело парирован. Наверное, впервые в своей жизни Эвелин наблюдала за боем со стороны, покамест не принимая в нем своего непосредственного участия. Громко звенела сталь, так что сомнений не оставалось — незнакомец на её стороне. В этот же момент, вытаращив свои глазки-бусинки от ярости, еще один разбойник, всем своим внешним видом напоминавший гролля из некогда услышанных ей от матери сказок, потянулся к увесистому клинку на поясе. Встрепенувшись и сорвавшись со своего места вперед, мгновением ранее недвижимая Вуд пригнулась, чтобы обогнуть сцепившуюся парочку прямо перед ней — бой выходил невероятно жарким, — а затем резко затормозила; замахнувшись, она резко швырнула по-прежнему находившийся в руке нож прямиком в противника и резко выдохнула, выпрямляясь. Не ожидавший подобной подлости парень оглушительно заревел, с громким звоном роняя оружие, а затем тяжело опрокинулся назад.

Внезапный толчок со спины не дал Элли сполна насладиться триумфом: оказавшись неспособной удержаться на ногах, она вновь свалилась на поверхность под собой, больно ударившись спиной и затылком; некто позади на полной скорости обрушился на рыжеволосую всем своим весом, видимо, желая перерезать ей горло собственноручно, но.. «Кровавая Эл» хрипло втянула носом было выбившийся из легких от удара воздух, а затем, резко дернув насквозь прошедший через чужое тело ятаган в руке на себя, увидела, как четвертый из той шайки падает навзничь рядом с ней.

Громыхнула сталь — рука выронила клинок. Сил не осталось совсем, и всем своим разбойничьим сердцем ей оставалось верить в мужчину, не пожелавшему убивать воровку, но отчего-то бросившему вызов её собственным врагам..

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-09-12 21:43:32)

+1

10

Люди-самая непредсказуемая из всех рас, населяющих этот причудливый мир. Быть может, кто-то считал иначе, но Ален придерживался именно такого мнения. Дочери Алкора неописуемо прекрасны, Арсет - таинственны, Келавры – могучи, нежить – мрачноваты. Каждая раса уникальна, у нее есть отличительные особенности, как внешние, так и внутренние. И только люди могут быть настолько разношерстным народом. Причем в большей степени это касается разума и сердец, нежели внешности, хотя, несомненно, человеческая раса - одна из самых пестрых в Аэндоре.
Человек может быть отважным, самоотверженным и добрым, в то время как его сосед – трусливым, желчным и слабым. Одни люди тщеславны и горды, другие – скромны и смиренны. Среди людей встречаются отпетые негодяи, творящие немыслимое зло, но так же и великие герои. Человек вечно мечется между властью сердца и приказами разума. Его дух мятежен и неспокоен, находится в вечном поиске чего-то ведомого ему одному. Ален был еще молод, но за свою жизнь ему довелось повстречать немало людей и представителей прочих рас, и ни разу он не встречал двух похожих душ. Можно сказать, он был горд, что был представителем человеческой расы. Есть чем гордиться, и есть чего стыдиться. По своему обыкновению наблюдая за людьми, он не уставал дивиться их причудам.
Почему человек поступает так, а не иначе? В каждой отдельной ситуации, что заставляет его принять то или иное решение? Он может мотивировать устоявшимися убеждениями или сиюминутным порывом. Скряга внезапно спускает все состояние на пустяк, трус поступает храбро, злодей спасает слабого, честный – погрязает во лжи. Такие парадоксы не часты, но все же случаются. И у каждого свое собственное маленькое безумство.
Почему мужчина вступается за воровку, которая какой-нибудь час назад умыкнула у него кошелек? Почему убийца щадит ее, но не щадит ее врагов, которые, вроде бы, должны были стать чуть ли не его союзниками? Ален не до конца понимал свой поступок: все происходило слишком быстро, ему было не до философских размышлений. Возможно, он увидел в рыжеволосой девушке силу духа и отвагу – благородные черты. Ему показалось, что она достойна лучшей участи, чем смерть от рук грязных бандитов? Женщина, давшая ассассину достойный отпор погибнет от руки ничтожеств потому, что силы оставили ее? Это было просто не справедливо, не правильно, противоестественно.
Алена нельзя было назвать поборником добра, но у него были принципы и четкое представление о том, что хорошо, а что – плохо. Воровство он не относил к смертны грехам. А вот пороки, которые читались на лице преследователей девушки, напротив, стоили, по его мнению, более сурового наказания. К тому же разбойница смогла его заинтересовать, и этого было достаточно, чтобы он выступал на ее стороне, по крайней мере, пока его любопытство не будет удовлетворено.
Бой начался внезапно, один из врагов умер еще до его начала. Их было двое хороших бойцов, против трех головорезов, однако Ален не сильно рассчитывал на женщину – она итак была измотана. Приходилось волей неволей краем глаза следить за ней, как бы не угодила в беду. Впрочем, воровка достаточно успешно провела сражение, но брюнет все равно недовольно поджимал губы. Он привык работать один, и наблюдать за союзницей было, мягко говоря, непривычно. Иные воины составляют отличные дуэты, так что вместе становятся намного сильнее. Если научится работать в команде, то можно значительно улучшить шансы на победу, сражаясь бок о бок с соратником. Надо ли говорить, что Алену это искусство было совершенно не знакомо, и потому он действовал скованнее.
Его противник оказался умелым бойцом и неплохо орудовал кинжалом. Ален пользовался скрытым клинком – ему некогда было доставать из ножен другое оружие. Из-за того, что мужчина постоянно отвлекался на свою спутницу, его схватка затягивалась, он уходил в глухую оборону, держа перед собой руку. Рыжеволосая метнула в лысого громилу нож, тот схватился за горло, а затем схлестнулась с третьим противником. Особенно коварный удар заставил Алена сосредоточится на своем оппоненте. Он сощурился и присел, двигаясь плавно, как кошка, и обходя бандита по кругу, зеркально повторяя все его движения. Бородатый мужик нервно перебрасывал нож из  одной руки в другую, выбирая лучший момент для атаки. Он провел несколько обманных маневров, но Ален проявил осторожность и пока не переходил в атаку, но мастерски отражал каждый чужой удар.
Рядом раздался грохот – девушка, вместе с одним из разбойников повалилась на крышу, и ее хрупкая фигурка на миг скрылась под телом нападающего. Сердце у ассассина невольно екнуло –неужели все? Но в следующий момент мужик, навалившийся на нее, неуклюже грохнулся на спину рядом с ней – из его живота торчал ятаган – он был мертв. Но и рыжеволосая больше не шевелилась, а между тем к ней двигался самый крупный из бродяг, тот самый, в которого она метнула нож. Громила вытащил его из глубокой раны на шее и зажал ее рукой. Как умирающий гигантский зверь, он впал в состояние слепой ярости, размахивая тесаком направо и налево, при этом неуклонно приближаясь к воровке.
В голове у Алена зазвенел тревожный колокольчик, предупреждая об опасности. Да этот детина способен убить девушку, даже просто свалившись на нее! Скрежетнув зубами, ассассин поклялся себе, что больше ни за одним вором он не отправится в погоню – такие приключения ему без надобности. Парировав быстрый удар своего противника, мужчина нырнул под его нож и со всей силы ударил его плечом, заставляя на время потерять равновесие, после чего кинулся на ошалелого раненного разбойника. Ален вильнул в сторону, уклоняясь от беспорядочных атак лысого мужика, и ловко схватил его за запястье руки, сжимавшей тесак. Ударив ребром ладони под мышкой, он вырвал оружие из вражеских рук и присел, спасаясь от удара увесистого кулака. Оказавшись у громилы за спиной, Алл крутанулся на месте, разворачиваясь, и по рукоятку вонзил лезвие тесака ему в спину. Лысый разбойник зашатался, и с громким ревом упал лицом вперед. Брюнет шумно выдохнул, но переводить дух было некогда – оставался еще один бандит, тот самый, что был главарем шайки. Ален вновь развернулся, готовый в любом момент встретить удар и провести контратаку. Видя, что его товарищи мертвы, бородатый мужик выронил нож и попятился, выставив ладони вперед.
- Ты выиграл, парень! Давай на этом закончим, - упавшим голосом пробормотал побежденный, с ужасом глядя на надвигающегося противника. Ален холодно усмехнулся: он не давал пощады таким типам.
- Разумеется, - вкрадчивым голосом согласился ассассин, подходя к бандиту спокойным шагом. Мужик прочел в холодных карих глазах молодого человека свой приговор и, развернувшись, бросился бежать. В несколько прыжков нагнав врага, Ален схватил его за волосы и рванул на себя, вонзая ему в спину скрытый клинок. Несколько секунду бородатый был еще жив, в панике хватая ртом воздух, но потом его тело обмякло в руках убийцы.
- Но… я же сдался… - пробормотал он, закрывая глаза и вздыхая в последний раз. Чтобы не наделать еще больше шума, Ален осторожно опустил мертвое тело на черепицу, скользнув по лицу поверженного безразличным взглядом. Почему он убил его? Наверное потому, что не привык отпускать из рук свою «добычу», к тому же этот бандит запросто мог привести с собой подмогу.  Участие личного шпиона императора в подобных авантюрах должно оставаться тайным.
Мужчина развернулся и направился к рыжеволосой воровке, гадая, чего это она разлеглась на крыше.
«Может, она серьезно ранена?» -  С беспокойством спросил себя Ален, когда посмотрел в ее бледное лицо сверху вниз. Однако на первый взгляд с девушкой все было в порядке. Стычка закончилась для них удачно. Тем не менее, оставаться здесь было бы безумием – очень скоро здесь появится стража и любопытные зеваки, которым не лень залезать на крышу. К тому же, возможно, у этой дамочки имеются еще враги, а в таком плачевном состоянии она легкая мишень для любого негодяя.
Алл нахмурился и недовольно поджал губы – ну и морока с этой девицей! Еще раз, напомните ему, почему он оставил ей жизнь? Ах да, что-то там благородное взыграло в его бесчувственной душе.  Едва заметно вдохнув, он накинул на голову капюшон, с подозрением оглядываясь по сторонам – вдруг его кто-то видел? Но все было спокойно, и брюнет сосредоточился на виновницей своих злоключений.
- Я смотрю, ты любишь оказываться на лопатках в компании мужчин, - не очень вежливо пошутил он и кивком велел ей подняться.
- Нам пора, мне долго тебя ждать? Здесь для тебя небезопасно, - с этими словами молодой человек пошел прочь быстрым шагом, постепенно ускоряясь. Прямо по крышам он прокладывал дорогу в одно из своих убежишь, расположенных в городе. Именно там он собирался укрыть незнакомку. Почему он просто не ушел? Ну, раз уж взялся помогать, то надо идти до конца. Неужели он только что спас ее для того, чтобы через полчаса она пала в руки к другим головорезам или стражникам? В таком случае можно было перерезать ей глотку самому.
«Нет, брат, начал – доводи работу до конца», - думал Ален, время от времени оборачиваясь на спутницу. Он старался не бежать быстро, чтобы не утомлять ее. Приходилось перепрыгивать с крыши на крышу, взбираться вверх или спускаться вниз, но в основном продвигаться вперед было легко: дома стояли близко друг к другу и были почти одной высоты.
- Шевелись, - хмуро буркнул Ален, почувствовавший острое желание поворчать. Эта ситуация была для него непривычной, и он немного нервничал, а потому его колючий нрав становился совсем невыносимым. В быстром темпе, в сгущающихся сумерках, путники достигли цели. Алл остановился на плоской крыше здания и присел перед люком. Порывшись в карманах, мужчина достал оттуда ключ, открыл замок и откинул крышку люка в сторону. Выпрямившись, он указал девушке на темное отверстие взглядом, предлагая прыгать первой, а потом последовал за ней, предварительно тщательно осмотревшись и закрыв за собой люк.

Отредактировано Ален (2014-09-16 16:25:22)

+1

11

Боль, невыносимая усталость, ощущение чего-то неизбежного — все это перемешалось в ней, сея смуту в душе, растекаясь по телу медленно и неуклонно, вместе с кровью, бегущей по жилам. Эвелин едва не зарычала от собственного бессилия: больше всего сейчас ей хотелось подняться на ноги и уйти отсюда как можно дальше, чтобы не чувствовать ни этот сладковатый запах свежей мертвечины, щекочущий ноздри, ни вязнущий на зубах привкус крови, не видеть бледной предсмертной маски, застывшей на лице убийцы, которого Вуд прикончила быстрее, чем тот успел замахнуться на нее собственным клинком.

Однако конечности, казалось, и вовсе отказались служить ей — неуклонно тянуло куда-то во тьму, в холод и мрак. Но стоит ли ей добровольно туда отправляться? Сердце тяжело стучало где-то в груди, отдаваясь в ушах, и каждый удар на короткое мгновение давал команду — жить, жить, жить. Неизвестность пугала, бессилие — выматывало еще больше. Дышать, зульт его дери, как можно глубже и не дать туманной дымке, медленно окутывающей пространство, захватить себя за щиколотки скользкими щупальцами и унести в пугающее небытие. Цепляться за сознание еще сложнее — все равно что за бортик лодки во время сильного шторма, будучи в открытом море, вот-вот собирающемся накрыть тебя смертельной волной.

Излюбили тебя, измызгали – невтерпеж.
Что ж ты смотришь златыми брызгами?
Иль в морду хошь?

Чужая сталь громко и неистово звенела где-то неподалеку. Элли едва заметно поморщилась: звук неприятно резал уши. В какой-то момент девушка больше не смогла оставаться в лежачем положении и валяться на черепице мёртвым куском баранины — это был прекрасный момент для того, чтобы скрыться из виду и попытаться замести собственные следы. Осторожно шевельнув руками, рыжеволосая подтянула предательски трясущиеся коленки ближе к животу и уперла ладони в поверхность под собой. Каждая её конечность, каждая клеточка вымотанного тела буквально ныла о том, насколько сильно устала Лили. Она глубоко выдохнула — возможности того, что за ней послан не один, а целых два отряда разбойников и головорезов, никто не отменял, а значит, медлить нельзя.

Она сцепила зубы — поврежденное плечо отдалось сильным спазмом, так что воровка едва ли не рухнула обратно, потеряв даже ту хлипкую координацию, которая у нее была. И все же, почему именно в плечо? Почему этот незнакомец выбил у нее из рук оружие, а не жизнь? Почему не лишил сознания? Ведь так было бы гораздо проще разобраться с истощенной девчонкой, спершей дорогой сердцу кошелек с деньгами. Почему он сейчас, кружась по крыше белым вихрем, подобным завораживающей взор снежной буре, сражается, а не идет по своим делам? Невольно кольнуло, будто ледяной иглой, где-то под сердцем: неужто этот мужчина все же сдаст её властям? А заодно и тех, с кем Эвелин уже успела разобраться. Вопросов было слишком много, а ответов — слишком мало даже для такой отъявленной разбойницы, как она; голова буквально кружилась от обилия предположений.

Однако некий звук, похожее на утробное рычание спущенного с цепи пса, заставил Вуд отвлечься от собственных размышлений. Глаза её испуганно расширились, а в глубине золотистой радужки все заволокло льдом – мгновением ранее её душой завладел животный страх. Тот самый малый, намеревавшийся обрушить свой клинок на «жертву» Элли со спины, с которым девушка, как она предполагала, уже разобралась, стоял теперь перед ней. Истекая кровью, он плотоядно улыбался — близка чья-то кончина. «Моя», — дошло до рыжей, и она судорожно сглотнула. Навряд ли удастся как-то предотвратить неминуемое и остаться в живых, если жизнь вот уже какой раз стремительно ускользает из ослабевших пальцев. Бугай сделал шаг вперед и уже было замахнулся, так что ей ничего не оставалось, кроме как зажмурить глаза..

В огород бы тебя на чучело, пугать ворон.
До печенок меня замучила
Со всех сторон.

Но и в этот раз удара, который она так ожидала, не произошло. Казалось, еще секунда, а дальше — резкая боль и тьма, вечная, арктическая. Ветер обдувал девушку со всех сторон, играл с яркими прядями волос, трепал края одежд, и все же — ничего не происходило. Внутренне сжавшись, разбойница робко приоткрыла глаза, а затем мелко-мелко заморгала: два силуэта замерли перед ней, будто восковые фигуры, а тот, кого она назвала полу-гроллем, все-таки испустил последний вздох. И на кой зульт она еще тут сидит, растягивая этот самый удобный для побега момент, когда можно быть уже далеко-далеко отсюда, в месте, где её никогда и ни за что не сможет отыскать? Кроме своих, конечно. Впрочем, кто знает, остался ли на стороне Эвелин хоть один человек, готовый поддерживать её?

Совсем рядом упало чье-то оружие, ярко сверкнув на заходящих лучах солнца — Вуд резко обернулась, аж задержав дыхание от того, что сейчас творилось позади неё. Этот человек.. эта «жертва», которую выбрала для себя Элли, пожалуй, меньше всех остальных походил на оставленную ему девушкой роль. Возможно, он сам не раз кого-то ставил на мушку. Возможно, от его руки пало немало людей.. Мужчина двигался невероятно быстро и в то же время грациозно, как если бы знал все наперед, ровно за секунду до того, как все должно было случиться. Его движения были плавными, словно он играл на лире или арфе, но своей «игрой» незнакомец нес ничто иное, как смерть. Не каждому попадается такой противник, разве что раз в жизни, самый лучший раз.. Еще невероятнее было видеть в нем союзника.

В какой-то момент, обмякнув в чужих «объятиях», на крышу опустилось еще одно тело, и воцарилась долгожданная тишина. Только тогда девушка позволила себе выдохнуть — и тут же почувствовала, как запершило в горле. От неприятных ощущений глаза тут же заволокло влагой, однако её все же удалось удержать. Послышались чужие шаги, не тяжелые и не легкие – пожалуй, самое оно, чтобы передвигаться максимально бесшумно по любой поверхности и не сообщить о собственном присутствии. Она подняла на брюнета глаза — впервые её взгляд выглядел ясным и.. прямым. Ни изучения, ни скепсиса, ни страха.. Эвелин смотрела так, как если бы видела равного себе, пусть даже и полусидела на крыше в обморочном состоянии, борясь с тем, чтобы уже не заколоть саму себя — от усталости.

Такой же взор стал ей ответом. Скрытые под капюшоном глаза загадочно блеснули, как если бы несли в себе какую-то душевную тайну. Вуд усмехнулась — тайны далеко не её конек. Однако в этот же момент губы незнакомца искривились, очевидно, он собирался вновь выдать ей на блюдце одну из своих колкостей. Когда это произошло, Элли лишь фыркнула.

Ну вы же такие сногсшибательные, — не менее едко парировала она. Но.. её, похоже, уже не слушали. Она с удивлением вскинула бровь — зачем ей с ним куда-то идти? Он что, в попечители нанялся? — А ты уверен, что я с тобой куда-то..

А вот это уже явная наглость! Рыжая с досадой скрипнула зубами, глядя вслед её собственному спасителю, сейчас гордо поплывшему прочь, в неведомую ей сторону. Она пронаблюдала, как тот с легкостью перемахнул с одной крыши на другую — ничего удивительного, в принципе, так умеет каждый второй вор, но.. Он же — не вор? И не разбойник. Но он умеет убивать и довольно искусен в этом, а так же практически не знает жалости. «Кровавая Эл» понимала, что запутывается все больше.

Чем больнее, тем звонче, то здесь, то там.
Я с собой не покончу,
Иди к чертям.

Кое-как поднявшись и пытаясь избавиться от дрожи в коленях, воровка нагнулась затем, чтобы ухватиться за рукоятку своего ятагана, а затем – легко провести лезвием по одежде её давно умершего преследователя — чтобы избавиться от кровяных разводов. Подняла собственный нож и наскоро спрятала в складках одежды: время действительно поджимало, а выдавать себя так или иначе не хотелось. Наконец, повернувшись в ту сторону, куда было двинулся тот мужчина, она уперла взгляд вниз, себе под ноги, изредка поднимая глаза ради того, чтобы определиться с направлением. Предстояла серия прыжков.. Несильно разогнавшись и перелетев с одной крыши на другую, Элли было перешла на бег, однако, проделав то же самое в очередной раз, но уже на куда большее расстояние, она чуть не потеряла равновесие, тяжело опустившись на длинную балку и едва не соскользнув с неё.

Объяснись в конце концов.. Эй! Куда мы идем?

Её новый спутник уже ждал девушку, кивнув, когда та оказалась достаточно близко. Неуверенно шагнув вперед, Вуд подступила к таинственному люку, куда ей, судя по всему, предстояло спуститься.

Тот самый люк, к которому было подошла Элли, выглядел отнюдь не заманчиво: все равно что прыгать со скалы прямиком в морскую воду, обступающую со всех сторон. Кто знает, сумеешь ли избежать смерти в бурлящем море, разбившись подобно множеству кораблей о многочисленные рифы? Девушка тряхнула рукой — как всегда, слишком утрирует. Последние лучи заходящего солнца скользнули по лицу, так что Вуд невольно зажмурилась. Несмотря на боль и отсутствие какого-либо желания проявлять собственные эмоции, уголки её губ сами собой поползли вверх — прямо как когда-то в детстве. Память сама подкидывает ей воспоминание: мать со смехом обливает девчонку холодной водой, так что та вскрикивает от восторга, и капли ледяной воды буквально повсюду: на волосах, одежде, коже. Она приятно холодит и веселит еще больше.. С человеческой же кровью, чьи следы никогда не стираются с рук, все совсем иначе.

Она ожидала ворчания в спину, недовольства её собственной медлительностью, болезненного тычка. Однако незнакомец терпеливо ждал, пока Эвелин, наконец, шагнет вперед и исчезнет, скользнув в люк. Рыжеволосая приподняла брови: что творится с этим человеком? Не далее, как около часа назад он пригвоздил её к стенке, с явным намерением вытрясти из девушки все, что та захомутала и по-прежнему удерживала в собственных лапках, а теперь — судя по всему, приглашает в собственное убежище. Разве так поступают убийцы вроде него? Впрочем, и сама хороша.. Она в последний раз перевела на мужчину сомневающийся взгляд, как будто немо спрашивая: «И что это на тебя нашло?». Однако спорить сил не было, как и упираться — будь что будет. Основная опасность оставалась уже позади, а значит, бояться так или иначе больше нечего. Опустившись на корточки прямо перед люком, Лили свесила ноги вниз, а затем, вместе с последним лучом солнца, исчезнувшим за горизонтом, соскользнула вниз.

Зульт побери!

Приземление оказалось не самым мягким в её жизни: грохнувшись  прямо посредине неведомой ей комнаты и больно стукнувшись (сколько раз за этот зультов день?), она с шипением поднялась и отползла куда-то в сторону, поближе к месту, где тени сгущались куда больше, чем во всех остальных углах помещения. Прислонившись спиной к стене и попытавшись устроиться как можно удобнее и при этом не занимать много места, Элли было подтянула колени поближе, как руку обожгло холодом. Она отдернула её, с удивлением воззрившись на металлический сундук, оказавшийся как раз возле нее. Осторожно уложив локоток прямиком на крышку сундука, Вуд запустила руку в рыжую шевелюру и практически расслабилась. Взгляд её привлек высокий стол в другом углу комнаты, на котором, повернутый к ней своей аппетитной корочкой, лежал хлеб. Желудок невольно скрутило — с самого утра Эвелин оставалась непозволительно голодной.

К вашей своре собачьей пора простыть.
Дорогая, я плачу,
Прости... прости...

Неожиданно вспомнилась причина, по которой рыжая теперь здесь. Все это было затеяно лишь с одним умыслом — обокрасть кого-нибудь, обзавестись деньгами, утолить собственную потребность и по возможности скрыться, дабы обдумать дальнейший план действий. Её величество Случайность оборвала и разметала все планы подобно осенним листьям на ветру. Воровке оставалось надеяться лишь на удачу и на то, что ей все-таки каким-либо образом удастся сохранить то, что она все еще держала у себя. Ну или этот брюнет не поскупится кинуть девушке хотя бы тот самый хлеб. Впрочем, раз уж Лили в жилище, принадлежащем её новому союзнику, то намечалось явно кое-что покрупнее, чем обыкновенный обмен любезностями. Она настороженно прищурилась, невольно сжав ладонь в кулак, так что на коже проявились синие жилки — допрос? Это её ожидает? Едва перед глазами мелькнул чужой силуэт, как с губ сорвалось напряженное:

И что дальше..? Что ты задумал, в конце концов? Я тебе ничего не должна!

А затем словно молния ударила рыжеволосую десять раз точно в темечко — он же её спас! Наверняка потребует какой-либо награды, и кто знает, что у этого человека на уме. Чего он может потребовать от такой, по словам мужчины, оборванки? Элли чуть не задохнулась от возмущения — ну уж нет! Пусть только посмеет тронуть её, и кинжал в ту же секунду будет торчать из его горла, а дорогой на первый взгляд паркет — залит свежей кровушкой. А впрочем.. нельзя было рубить сгоряча.

Однако с этого момента девушка пообещала себе, что будет сохранять осторожность во что бы то ни стало, даже если она будет в буквальном смысле валиться с ног — впрочем, разве сейчас не именно такой момент? С искусанных губ сорвался вздох: чем дальше, тем больше Вуд чувствует себя запутавшейся, обманутой, беспомощной. Чувствует и злится, что не может ничего изменить — по крайней мере, до тех пор, пока убийца, выступивший на её стороне, сам не разъяснит ей, что происходит.

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-09-21 16:42:24)

+1

12

Ален тяжело приземлился на пол своего убежища. Деревянные доски под ногами жалобно скрипнули, как бы жалуясь на такое бесцеремонное обращение, а на первом этаже наверняка с потолка посыпалась известка. Однако хозяйка дома несмела выдвигать претензии таинственному жильцу: он аккуратно вносил плату каждый месяц, да и появлялся в доме не часто.
В распоряжении убийцы были две комнаты, одна из которой служила мужчине чем-то вроде спальни и гостиной, а вторя, совсем маленькая, была складом и по совместительству ванной комнатой. Люк находился в небольшом коридоре, который был между комнатами,  и где была всегда накрепко закрытая дверь, ведущая в остальные части дома. Вместе с девушкой Ален прошел в гостиную, где было два окна, занавешенных шторами из плотной холщовой ткани. На стенах, выкрашенных краской песочного цвета, висели карты, листы с каким-то заметками и кое-какое оружие. У стен стояли сундуки с вещами, старый книжный стеллаж, доверху набитый книгами, и большой письменный стул, который по мере надобности мог превратиться в обеденный. В одном из углов были расстелены матрасы и накиданы подушки – это широкое лежбище иногда служило брюнету кроватью. В убежище действительно было много книг, рукописей и свитков, а так же дневников, которые вел сам убийца. Они возвышались прямо на полу внушительными шаткими неопрятными стопками. Вообще в комнате царил какой-то таинственный беспорядок, вещи были расставлены согласно странному порядку, понятному только хозяину этого места. Письменный стол был завален бумагами, принадлежностями для письма, рядом с пергаментами лежала пара кинжалов. В сундуках мужчина хранил оружие, одежду и припасы. Обычно помещение освещалось оплывшими толстыми свечами, расставленными тут и там, да парой масляных ламп, но сейчас в комнатах царил полумрак, только сквозь щели между штор пробивались лучи закатного солнца.
Ален прошел в гостиную вслед за гостьей и, полностью ее игнорируя, зажег лампы на стенах и свечу на столе. Покончив с этим делом, он обернулся к девушке, темные глаза блеснули в отсвете огонька, горящего на конце палочки в его руках. Несколько мгновений он задумчиво смотрел на рыжеволосую разбойницу, словно бы никак не мог сообразить, что она здесь делает, а потом задул огонь на палочке и бросил ее на стол, возле которого стоял. Сняв капюшон, мужчина сделал несколько неспешных шагов по комнате, приближаясь к воровке.
Ален и сам не понимал до конца, зачем он ввязался во всю эту историю, зачем привел ее к себе. То есть причина-то как раз была ясна – мужчина просто хотел защитить девушку, попавшую в какой-то переплет, но вот почему он решил озаботиться этим, было неясно даже ему самому. Так что у него не было ответа на ее вполне справедливой вопрос, который она задала немного нервным голосом, с тревогой оглядывая незнакомую обстановку.
Услышав ее слова, Ален скрестил руки на груди и насмешливо выгнул бровь, как бы намекая на то, что вот как раз ему-то она кое-что задолжала, от кошелька до собственной жизни. Впрочем, это сейчас его не сильно заботило. Было интересно другое: что за беда поставила молодую женщину в такое бедственное положение?
«Ее преследовали простые бандиты? Нет, не думаю: судя по всему, она давно в бегах, а те ребята выглядели довольно серьезно. Они принадлежали к какой-то большой, хорошо организованной шайке..», мысли стремительно сменяли одна другую. Ален не так давно был в Гранаде и не раз сталкивался там с бандитами Гар-ган-то-тула. Именно у этой организации хватило бы средств и упрямства на длительное преследование, но Алену не верилось, что это слабое хрупкое создание способно перейти дорогу таким серьезным ребятам. К тому же если бы рыжеволосую девчонку и впрямь преследовала банда Гар-ган-то-тула, вряд ли она добралась бы до Лотара.
«Но что тогда, союз «свободных художников»?» Нахмурившись, продолжил размышлять убийца, но и это предположение казалось маловероятным. Наемники не преследуют своих, по крайней мере, такое редко встретишь.
«Но не может же быть…», Ален презрительно сморщил нос и поджал губы, отказываясь верить невероятному предположению, которое казалось ему смехотворным. Оставалось только расспросить саму беглянку. Да, Алену было по-настоящему любопытно. Интуиция подсказывала ему, что он столкнулся с чем-то интересным. И если девушке и придется чем-то заплатить, так это информацией. Ведь знания, которыми она обладает это единственное, что сейчас в ней ценного.
«Посмотрим, что она расскажет. И если она надеется, что я дам ей отмолчаться, то придется ее разочаровать», решил Ален и шумно втянул носом воздух, как бы подводя итог своим размышлениям.
- Как твое имя? – вопрос слетел с губ почти помимо воли. Но, в самом деле, что еще спросить у человека, когда находишься в такой нестандартной ситуации. Ален окинул гостью еще одним придирчивым изучающим взглядом.
«А хороша, только бы мясца на костях побольше», отметил мужчина, ничуть не смущаясь своих неуважительных мыслей, которые сейчас явственно отражались на его лице.
«Впрочем, ее бы помыть да приодеть, и будет хоть куда. А если кормить нормально, так и веса прибавит», подытожил Ален, испытывая смешанные ощущения сочувствия и пренебрежения. Ему определенно не нравилось, что рыжеволосая воришка вообще вызывает какие-либо чувства. Она не просто чужая, она его обокрала, а он тут стоит и размышляет о ее привлекательности. Более того, ему хочется ее накормить и вымыть, а не заваливать в постель просто потому, что больше некого. Виданное ли дело? Молодой человек хмуро покачал головой и решил, что видно давно не был в борделе.
- Давно ты в бегах? – снова спросил убийца, глядя на девушку снизу вверх и делая неторопливые шаги по комнате, при этом, не отрывая от нее пристального взгляда. То, что она скрывалась от кого-то, было Алену очевидно. Нужно только заставить ее поверить в свою полную осведомленность, и она сама все расскажет.
- Разозлила шишку в какой-нибудь местной банде отрепья? – Насмешливо скривив губы, сделал догадку кареглазый мужчина, а потом остановился и опустил руки, которые до того были сложены на груди. В черных глазах мелькнула едва уловимая угроза:
- То, что будет дальше, зависит от того, что ты скажешь. Пока мне любопытно, ты можешь рассчитывать на мое гостеприимство, - не слишком приветливо сказал Ален, удивляясь собственным словам. Что еще за детская попытка продемонстрировать безразличие? Разумеется, ему было любопытно, но выставлять девушку за дверь, где ее могли поджидать враги он тоже не собирался, вне зависимости от того, что она скажет. Однако убийце был непривычно решится прийти кому-то на помощь, и потому он отчаянно скрывался за привычным цинизмом.
- Возможно, рассказ и станет платой за твою жизнь, - снова холодая усмешка и тихий вкрадчивый голос, - которую я сохранил дважды. Так что подумай хорошенько, перед тем как отвечать.
С этими словами он прошествовал к одному из сундуков, как раз к тому, возле которого сидела девушка и, откинув крышку, обнажил его содержимое. Это оказался небольшой ледник, в котором было немного продуктов, таких как сыр, хлеб, сушеная рыба, кувшин вина и бурдюк с водой.
- Думаю, раз уж ты здесь, тебе следует подкрепить силы, - прокомментировал свои действия мужчина, снова дивясь своей любезности, которую он так стеснялся проявлять. Для себя мужчина выбрал кусок хлеба и сыр, а так же захватил с собой кувшин вина. Ему почему-то показалось, что симпатичную девушку неплохо бы им угостить. Ален подошел к столу и, раскидав ворох бумаг, извлек из горы вещей пару чарок. Устроившись на стуле возле стола и вытянув ноги, он  налил себе напитка рубинового цвета и, сделав пару глотков,  задумчиво повертел вторую чарку в руках.
- Зови меня Ален, если хочешь, - сконфуженным тоном представился ассассин и небрежно махнул в сторону своей импровизированной кровати.
- Можешь устроиться там, будет удобнее, и начинай рассказывать, - помолчав, Алл наполнил вторую чарку и протянул ее гостье, старательно отводя взгляд. Он просто не знал, как показать свое доброе расположение, которое, как он догадывался, мало вязалось с его словами. Нужно встать и подойти, или держаться подальше, чтобы не пугать? Смотреть в глаза и улыбаться как блаженный, или сохранять отстранённые выражение лица?

+1

13

Девушку жгло явное нетерпение услышать ответы её недавнего противника как можно скорее. Однако тот, судя по всему, и не собирался действовать в угоду Элли, что было весьма вероятно; явно выпустив её из виду, незнакомец и вовсе занялся проблемой освещения в той самой комнате, в которой на данный момент расположились они оба. Слегка сведя брови, рыжеволосая настороженно вглядывалась в необычное приспособление, которого коснулась смуглая рука мужчины. Мгновение спустя полутьма отступила еще дальше, спугнутая слабым мерцанием танцующего пламени свечи.
«Не спускать глаз, выяснить, что ему нужно», – билось в воспаленном мозгу «кровавой Эл», которая изо всех сил старалась не предаться охватившей её избитое тело усталости, а вместе с ней – и предательской неге. Сон явно намеревался захватить Вуд в свои туманные объятия, что могло оказаться только на руку убийце, находящемуся лишь в паре шагов непосредственно от нее самой.

Намереваясь во что бы то ни стало остаться в сознании, она перевела взгляд с силуэта прямо перед собой на высокий стеллаж, стоящий неподалеку, затем – на потолок и стены. Получилось даже немного отвлечься, так что со лба у Эвелин даже исчезла морщинка, а острые плечи немного расслабились. Танцующие вслед за огоньком свечки высокие тени невольно плыли перед глазами, а пряди рыжих волос под игривыми бликами слабо отливали медью. Лили едва слышно выдохнула, но только пару секунд спустя поняла, что все это время за ней наблюдала пара внимательных глаз, таинственно сверкавших в темноте. Что этот незнакомец выискивал в ней? Что намеревался сделать и почему молчал, искривляя красивые губы в ухмылке? Едва его медового оттенка очи пересеклись с её, мгновенно зеленеющими в полумраке, как девушка практически тут же позабыла обо всем, о чем успела подумать. Изящно скрестив на груди руки, мужчина приблизился к ней, теперь уже явно расплывшись в усмешке.

На какое-то мгновение золотистую радужку её временного союзника заволокло дымкой, и Элли поняла, что тот погрузился в раздумья. Глубокие ли? И если да, то насколько? Взгляда он не отводил, но явно пребывал сейчас не здесь, а в недалеком прошлом, возможно – в том месте, где они недавно сражались бок о бок, хоть и совсем недолго. «Оценивает ситуацию и то, что лучше потребовать с меня за спасение», – было решила рыжая, как ей самой казалось, безошибочно, и моргнула. Яростно борющийся с наплывающими, подобно прохладному морскому прибою, сновидениями разум был на удивление ясен для того, чтобы трезво размышлять над собственными действиями, однако тело вовсе не желало слушаться. Значило ли это, что любая попытка сбежать отсюда может считаться заранее проваленной? «Разве что мне действительно придется бежать», – хмуро хмыкнула Вуд, инстинктивно выпрямляясь под почти ощутимо опаляющим её кожу взглядом.

«Кто же ты тогда, убийца?», – стремительно пронеслось где-то в подсознании вопросом в никуда. Мужчина явно умел убивать и делал это как никогда искусно – наличие особого оружия, прежде ни разу не виданного захудалой беглой разбойницей, говорило именно об этом. То, как он расправился с тремя подонками, пережившими много кровопролитных стычек и перерезавшими на своем веку далеко не одно горло, выглядело столь впечатляюще, что не будь девушка той самой неудачницей, что обокрала его – явно бы заинтересовалась этой личностью и без необходимости держать острие ножа наготове. Впрочем, кто знает, решился бы этот незнакомец на очередное убийство, если бы понял, что за ним следят? Элли знала, что она – решилась бы, потому, собственно, и звалась «кровавой». Хотя сегодняшняя неудачная попытка избавиться от погони в лице этого вполне еще молодого человека привела к одному – от нее едва не избавились самым быстрым образом, который был возможен. Значит, и ответ был предельно простым, и лишь одна загвоздка не давала сомнениям покинуть её душу: рыжеволосая до сих пор жива.

Внезапная реплика со стороны человека, чью личность безуспешно пыталась определить Эвелин, выбила её из задумчивости, однако осознать вопрос, заданный с поразительной прямотой, она смогла осознать лишь через мгновение.

Что? Полное недоверия восклицание вырвалось чуть ли не против воли самой разбойницы – та впервые была удивлена настолько сильно. Ну и впечатлена, разумеется. Вопросы копились в ней один за другим подобно тому, как наполняется вином кубок: того и гляди хлынет через край. А может быть, назваться как-нибудь иначе? Не нужно этому мужчине знать все, тем более, если каждый его поступок, каждое движение, будь оно плавным или резким, несет в себе явную угрозу. С другой стороны, она уже в ловушке.. и загнала туда себя сама. – Я.. Элли.
Хозяин жилища продолжал сверлить девушку изучающим взглядом – а та даже забыла среагировать и поинтересоваться чем-то в ответ, настолько странной казалась ей ситуация и все то, что с ней происходит. Кто он такой, зульт побери? Разве стоит интересоваться именем человека, который так или иначе уже заслужил себе наказание, и как минимум – через отсечение руки?

Впрочем, знай незнакомец её получше, то ему давно было бы известно, что веревка в руках правосудия уже давно жаждет перетянуть шейку Вуд как можно туже.

Едва ли рыжеволосую успела посетить мысль о том, что и она в свою очередь могла бы попытаться вызнать, как зовут брюнета, прежде чем тот вновь решил примерить на себя роль допросчика и задать очередной вопрос, который, вне всяких сомнений, застиг первую врасплох. «Откуда..?», – как-то возмущенно подумалось ей. Пульс участился настолько, что его неистовое биение можно было различить даже в горле.
Ты.. что-то знаешь обо мне? – невольно сжав зубы, исподлобья спросила Лили. Напряжение охватило её с головой – если мужчина действительно осведомлен о том, кто она на самом деле, то в его руках куда больше козырей, чем она думала. Да и тот факт, что разбойница назвала свое собственное имя, так или иначе захлопнул своеобразный капкан. С другой стороны, он спросил об этом, а не сообщил сам. Неужели бьет наугад?

События воссоздавались им настолько близко к истине, что будь на месте воровки кто-либо иной, тут же выложил все подчистую, не задумываясь о последствиях. «Сообразительный», – слегка прищурившись, заключила Эвелин, понимая, как глупо она может выглядеть с этим своим паническим негодованием. Впрочем, всему виной могла быть кошмарная усталость, все еще сказывающаяся на ней; каждое движение конечностью было невероятным усилием над собой, а множество ссадин и синяков то и дело посылали по телу внеочередной спазм. Стоит ли говорить, что организм работал на износ: еще немного, и она сама станет умолять незнакомца о том, чтобы тот прикончил её поскорее.
Не думаю, что моя потрясающая история впечатлит тебя, о всемилостивый, – вымученно ухмыльнулась она, как будто не реагируя на слова о давно ожидаемой ею явной угрозе – теперь уже ничем не скрываемой. – Ведь ты спас меня явно не для того, чтобы слушать сказочки, разве я не права?

Поиграть на нервах? Даже будучи едва ли не на смертном одре, Элли делала это, чувствуя явное удовольствие от того, как она изводит ту или иную личность вроде этого мужчины. Хотя долго удерживать правду в секрете она так или иначе не сможет – ведь незнакомец действительно спас её. Не проткнул грудь клинком, не дал рухнуть с крыши, не отдал на растерзание тем ублюдкам.. и практически сам расправился с ними. Что уж там, некое чувство, слабо походящее на благодарность, рыжая все же испытывала.
Однако того, что внезапно убийца окажется настолько близко к ней, Вуд явно не ожидала. Распахнув глаза, она инстинктивно напряглась и отползла в сторону, забыв даже о метательном ноже, чья рукоятка чувствовалась под одеждой – на всякий случай, – при этом ни на миг не выпуская брюнета из виду. Однако тому был нужен лишь сундук, рядом с которым некстати устроилась она – по закону подлости, естественно.

Неожиданный запах еды, слегка притупленный, но хорошо ощущаемый голодной девушкой, скрутил живот даже сильнее, чем тогда, на крыше, во время продолжительной слежки за потенциальной «жертвой». Наверняка при виде всего того добра, что вытащил её недавний соперник и расположил неподалеку, даже глаза её почернели от испытываемого голода. Особое внимание Лили привлек глиняный кувшин, скорее всего, с вином; впрочем, та не сделала даже попытки заявить о своей потребности банально запихнуть себе что-нибудь в глотку, чтобы не потерять сознание и продержаться чуть-чуть подольше, лишь пронаблюдав за всем этим немного со стороны – как раз оттуда, куда рыжеволосая недавно отползла в целях безопасности. Голова по-прежнему слегка кружилась, поэтому все, что она могла делать – это смотреть, не мигая, и глухо сглатывать, забыв даже о сочащемся из всех щелей сарказме и о своем отношении ко всему тому, что происходило в этой комнате. Происходило с ней. Зультов убийца!

Ален, – будто бы на мгновение очнулась она, негромко повторив чужое имя и словно перекатывая его на языке. С едва заметной улыбкой прикрыла глаза. – Ален.. не аэндориец, так?

На какое-то мгновение «бархатистый», с приятными нотками голос брюнета приобрел какое-то незнакомое звучание, едва ему присущее. От этого усмешка на губах Элли выходила еще шире – она была явно позабавлена, хоть и не выказывала этого прямо. Однако то, что сделал незнакомец дальше, стерло улыбку с лица девушки начисто: чарка, практически до краев наполненная вином, притягивала алчный взгляд. Прежняя угроза, выказанная чуть ранее, в полной мере начала ощущаться только сейчас. Отравить? «Как банально», – с неким разочарованием и даже отвращением подумала Вуд. Впрочем, мужчина же сам только что пил из своей, и конвульсии его явно не бьют. Неуверенно подняв руку, она коснулась металлической поверхности миниатюрного кубка, который по-прежнему держал хозяин данного жилища, слегка дрожащими кончиками ледяных пальцев. Затем уже куда более уверенно схватила его, случайно задев кожу чужой руки, и в одно мгновение поднесла к губам, тут же осушив, – жажда была практически нестерпимой.

Терпкий напиток приятно согрел горло, постепенно рассредотачиваясь по телу вместе с кровью, бегущей по жилам, однако, несмотря на явный намек на улучшение состояния, Эвелин почувствовала лишь еще большее головокружение. С другой стороны, теперь мужчина может выслушать от нее все, что хотел, и у нее нет больше повода молчать и жаться в уголке.
Выдохнув, она едва ли не без сожаления проигнорировала предложение переместиться куда-либо еще – банально не смогла бы подняться, – и сжала в холодных пальцах собственную чарку, слегка прикрыв веки. Сам взгляд растворился в пространстве – девушка смотрела туда, чего больше никто, кроме неё, не смог бы разглядеть.
Как ты, наверное понял, эти четверо – из «Гар-ган-то-тул'а», – усмехнувшись, тихо начала она. – И я оттуда же.

Внутреннее тепло медленно охватывало её все больше. Боль от многочисленных ран ощущалась уже не так сильно, что не могло не радовать.

Мы убивали, грабили, охотились и снова убивали, – голос приобрел неожиданную беспристрастность. – Каждый был за себя, выживал как мог, а затем это превратилось в образ жизни. Я попала туда не так давно, но быстро прониклась. Было много крови, скажу я тебе, но это все неважно. Атаман держал под контролем Черную пустыню. «Дезертирство» наказывалось строго, из шайки уходили только вперед ногами, поэтому все, кто сбегал, знали, что лучший способ исчезнуть – это умереть, но.. там особо умом не блещут, кругом одни трусливые пьяницы, охочие до чужого добра и уважения среди таких же, как и они, пьяниц. Порой приходилось выслеживать предателей и нанизывать их на клинок сразу же, в момент обнаружения – обычно все оказывали сопротивление. Я любила убивать. Хоть и не стремилась. Это мой способ выжить, и меня все устраивало, – с неким цинизмом выдала она, однако к кому непосредственно он относился – не знала даже сама рыжая.

А потом.., – казалось, по телу Вуд прокатилась судорога, и её передернуло. Губы побелели сами собой, – потом я увидела её. Какую-то окровавленную девчонку, еще живую, которую тащила та грязная сволочь. По земле.. Я выхватила ятаган и убила ту тварь на месте. Не знаю, что нашло на меня, но уже через несколько часов я оттуда сбежала. Сама стала «дезертиром» – тем, за кем охотилась ранее, и не без удовольствия.. Девочку удалось спасти, и с тех пор я не слышала о ней. А уйдя из «Гар-ган-то-тул», стащила кое-что из личных вещей атамана – в качестве прощания, – Лили улыбнулась, но улыбка её казалась гримасой. – По-видимому, он до сих пор помнит меня, а те, кого ты сегодня убил – его ищейки, излюбленные щенки и котятки, как и ты, приученные убивать.

Взгляд золотистых глаз с явно проступающими зелеными крапинками был прикован к чарке, которую еще совсем недавно наполняло вино – теперь та стояла на полу, рядом с воровкой, мерцая в слабом свете ламп. Зря она так разошлась, ведь её личного мнения никто не спрашивал, а значит, нужно было лучше следить за собой. А может быть, это было воздействие вина – не жалуясь в подпитии на координацию, Элли порой часто понимала, что язык у нее некстати развязывается.

Отредактировано Эвелин Вуд (2014-10-24 00:20:51)

+1


Вы здесь » Аэндор: истоки прошлого » Глава #1: истоки прошлого » [04.03.1292] Косой из бочки палил, немого сдуру добил.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC